- Как нога? – спросил Оскар, взглянув на Тома.
- А?
- Нога как, спрашиваю. Я на тебя наехал, если ты вдруг не заметил.
- Всё в порядке. – Том для верности согнул-разогнул ногу, на которую пришёлся удар. – Бедро только немного болит.
Шулейман подвёз Тома до дома и подниматься с ним не стал. Сразу за порогом Тома встречал Джерри и, когда тот закрыл дверь и начал разуваться, сдержанно похвалил:
- Ты отлично держался. Молодец.
Том коротко кивнул, сильно закусив губу, и, сняв второй ботинок, ушёл к себе в спальню.
Глава 25
Глава 25
Слушай, я расскажу тебе сказку.
Смотри, я открываю книгу.
Вижу, как ты глядишь с опаской,
Сейчас захлебнёшься криком.
Буквы на этих страницах живые,
Куклы на этих картинках мёртвые.
Провалы глазниц пустые,
Слова на устах чёрствые.
Не отворачивайся, смотри...
Ты же этого хочешь.
Слёзы свои с лица сотри.
Просто спокойной ночи.
Atakama, Колыбельная©
Джерри зашёл к Тому вечером того же дня, когда случилась негаданная встреча с Шулейманом. Стучать не стал, но, открыв дверь, задержался по ту её сторону, за небольшим проёмом, наблюдая реакцию того на вторжение. Реакции не было, Том, как сидел на краю кровати, смотря вниз, так и остался сидеть, не шелохнувшись, может, не услышав. Не в телефон или ещё куда-то смотрел, а просто вниз, что со стороны смотрелось тяжело, нагнетало, но Джерри пришёл не для того, чтобы его жалеть.
- Том, хочешь узнать, что нужно сделать, чтобы всё это закончилось?
Том вскинул голову. Ничего не ответил, но за первым удивлением и недоверием читалось ясное: «Конечно хочу!». Джерри рассчитывал на вербальный ответ, но и такой его вполне удовлетворил, главное – в глазах Тома загорелся осторожный, но сильный интерес.
Оставалось одно – сказать главное, то, пленником чего был, пленниками чего были оба. Но Джерри решил не выдавать Тому сразу ответ в окончательном виде, а попробовать всё же развести его на диалог. Подошёл и тоже присел на край кровати, подогнув под себя одну ногу. Том снова опустил голову, но неотрывно следил за ним исподлобья. Джерри чувствовал, что сердце у того забилось чаще, мощнее, обычная реакция. Что бы Том ни показывал внешне, как бы ни держал себя, но внутри – в глубине груди, куда загнал их, испытывал всё те же страх, неприятие и ненависть.
Не выдержав его долгого, спокойного, словно испытывающего взгляда, Том всё-таки поднял голову, также смотря теперь прямо. Но его взгляд от этого не изменился, в нём таилась всё та же затаённая гремучая смесь чувств, в которой теперь, при такой близости, превалировал страх.
Джерри склонил голову набок, продолжая молча смотреть на Тома. Собирался не затягивать, не играть, но просто не мог удержаться от этой испытывающей игры.
Если сначала Том был в целом спокоен, то через полминуты глаза его забегали. Он не выдержал молчания первым.
- Чего ты хочешь? – спросил, быстро и беспорядочно скользя взглядом по лицу Джерри и всё равно не видя предельно очевидного – что у того его лицо. Отгораживался от этого непроницаемой, непробиваемой стеной.
- Поговорить.
- О чём?
- О том, как нам спастись.
Том непонимающе и недоверчиво нахмурился. В это не верилось правильно, это входило в противоречие с его образом и Джерри, и происходящего: проклятие говорит о спасении для них? Каком спасении?
Джерри, не получив ответной реплики, но прочитав вопрос в его глазах, добавил:
- Ты правильно понял то, о чём я говорил с самого начала, и сейчас я всё ещё об этом: о том, как нам прекратить наше мучительное сосуществование.
В глаза Тома вернулся интерес и стал сильнее, оттеснив даже страх. Джерри помолчал, облизнул губы и заговорил снова:
- Я знаю, как нам этого добиться. На самом деле, это очень просто – раз, и всё закончится.
Том тоже облизал губы. Во взгляде его горел уже не интерес, а крепкое любопытство на грани решительности вперемешку с надеждой – почти уверенностью, которую вселило обещание избавления. Но он не спрашивал, не мог переступить через что-то в себе.
- Просто? – только и смог переспросить Том, а следом спросил: - Почему ты об этом говоришь?