- Но если ты не хочешь спасаться, - снова заговорил Джерри через непродолжительную паузу, - выход есть. Уступи мне место. Я сделаю то, что должен, и всё закончится. Я позабочусь о нашей жизни, у меня, как видишь, получается. А ты в таком случае не умрёшь и не исчезнешь совсем, ты останешься внутри меня, - приложил ладонь к сердцу, - но уже никогда больше не будешь страдать. Тебе нужно всего лишь осознанно и без сомнений отказаться от жизни в мою пользу.
- Что? – выдохнул-пискнул Том.
Теперь ему стало страшно. И это был другой страх, ни на что не похожий – леденящий, сразу овладевший душой, не затрагивая тело.
- Отдай мне жизнь, уступи ведущее место. Подумай сам – это наилучший вариант. Ты сам сотни раз уже думал и чувствовал, что устал мучиться, не можешь больше и не хочешь, что эта жизнь не для тебя, поскольку у тебя ничего в ней не получается. Так что тебе терять? Ты всё равно будешь жить, но в безопасном качестве. А я позабочусь о нашем теле и том, чтобы в нашей жизни всё сложилось исключительно благополучно.
Выйдя из ледяного онемения, Том, взмахнув руками, воскликнул:
- Нет! – и быстро отошёл подальше, к кровати.
- Почему нет? – спокойно поинтересовался Джерри, последовав за ним.
- Потому что я не отдам свою жизнь! Тебе так точно не отдам! Ты чудовище! Я лучше умру, чем позволю жить тебе!
- Да, я помню, - поджав губы, Джерри мимолётно коснулся виднеющегося в вырезе шрама. – Но я могу нас спасти, привести к объединению. И я могу обеспечить достойную жизнь, а не… - он чуть скривил губы и указал раскрытой ладонью на Тома, - то, что делаешь ты.
- Это моя жизнь, и ты не имеешь к ней никакого отношения.
- Не скажи. Это – наша жизнь, общая, и я имею на неё не меньшие права, чем ты.
- Ты не имеешь на неё никакого права! – вновь взвился, всплеснул руками Том. – Я человек! А ты всего лишь альтер-личность, ошмёток психики!
- Поднатаскался всё-таки, читая оставленные мной материалы? – Джерри улыбнулся, склонив голову набок, но жутковато как-то, недобро. – Или от небезызвестного горе-доктора набрался? Во всяком случае, правильно говорить не «ошмёток психики», а «осколок личности». Но в нашем случае и это не совсем верно.
Том замялся, переваривая сложное высказывание того, и затем снова сорвался на крик:
- Да, ты не часть меня, между нами ничего общего! И не надо меня учить! Не понимаю, что у тебя за любовь к психиатрии, но мне это и не интересно! И даже если представить, что я бы согласился уступить тебе место, как ты можешь жить вместо меня?! Ты не настоящий!
- Я прекрасно жил вместо тебя на протяжении семи лет. Жаль, что не подряд.
- Ты крал у меня это время! Ты меня подменял! Но как ты можешь остаться насовсем?! Не можешь! Ты не настоящий! – упрямо твердил своё Том, забыв и о страхе, и о том, что во избежание неприятностей не хотел злить своё наваждение.
Как и всегда, он не выдержал долго, прорвало плотину, сорвав все предупредительные заслоны разума. Как Джерри и предполагал.
Джерри ответил ему:
- Я не менее настоящий, чем ты.
- Это ничего не меняет! – Том махнул рукой, имею в виду и квартиру, и всё то, что Джерри нажил и чем оброс за прошедшие три года.
- Да, ты прав, то, что я гораздо успешнее справляюсь с жизнью, и то, что меня, а не тебя, знают, действительно не доказывает, что я могу и имею право навсегда занять твоё место. Но есть ещё кое-что.
- Ты не настоящий, - Том качнул головой, дёрнул губами в подобии нервной улыбки. – Этого ничто не изменит.
- Ничего и не нужно менять. Том, ты считаешься истиной личностью, но это не совсем так. Я был раньше тебя.
- Что? – злость выбило вместе с дыханием, такое заявление не могло не остудить.
- Я существовал ещё до того, как сформировался ты, твоя личность, - более развёрнуто повторил Джерри.
- Этого не может быть. Ты появился, когда мне было четырнадцать лет.