- Не так уж и ужасно. Есть люди, которые заслуживают жить гораздо в меньшей степени, чем остальные. Я был нацелен на одну из категорий таких людей – тех, кто мог сделать то, что сделали с тобой те четверо. Красился поярче, выходил ночью на загородную трассу, ждал, когда кто-нибудь остановится и предложит подвезти и включал «дурочку, ищущую приключения на известное место», и притворялся девушкой, чтобы наверняка, поскольку это потом уже без разницы, а сначала гораздо больше шансов, что в потенциальном насильнике пробудит преступное желание именно девушка. И сейчас мы можем сойти за женский пол при определённой подготовке, а тогда, в пятнадцать, для маленького спектакля вообще не требовалось почти никаких усилий, потому последнее было просто и получалось убедительно. Далее дело техники – наблюдать, как ведёт себя водитель. На самом деле, я выбирался на ночные вылазки много раз, но только двое попутчиков проявили себя подходящим мне образом. Первый мог бы пойти на преступление, это было заметно, но то ли не решался, то ли ещё что… Во всяком случае, он не успел, я его опередил. Он же не знал, что у меня в рюкзаке припрятан нож, - Джерри усмехнулся себе под нос. – Признаться честно, в первый раз было страшновато. А во второй у меня уже не было выбора. Второй мой попутчик был пьян, завёз меня непонятно куда, заглушил двигатель и начал действовать. Думаю, не надо объяснять, что он хотел сделать? – внимательно посмотрел на Тома. – Бедолага, он тоже не знал ни о моей форе, ни о том, что я знаю, как с нею обращаться. Но было непросто, мне пришлось с ним побороться, и в ходе борьбы я порезал руку, что впоследствии и подвело меня. Я практически на сто процентов уверен, что, если бы не нашли следов крови, Яну бы не пришло в голову проверить меня. Но на тот момент я не догадался всё вычистить, да и не было у меня с собой ничего для этого подходящего.
Джерри коротко помолчал и обратился к Тому:
- Теперь ты понимаешь, что то, что я делал, не бессмысленные зверства? Я убирал тех, кто мог сломать чью-то жизнь так же, как те ублюдки сломали твою, нашу, потому что, если это в человеке есть, оно с большой долей вероятности рано или поздно проявится. И я учился во имя высшей цели.
- А твой опекун, Паскаль? Он тоже? – голос не дрогнул, потому что, хоть Том видел его только на фото, не мог представить, что этот мужчина способен на такое.
- Нет, Паскаль был из тех, кто ни в жизни не тронет ребёнка ни в каком смысле, тем более в насильственно-сексуальном. Но он подверг нас куда большей опасности, он поставил под угрозу мой план. Я не хотел этого, но он не оставил мне иного выбора – я во что бы то ни стало должен был сохранить свою тайну, чтобы спасти нас – чтобы тебя спасти. Паскаль догадался про диссоциативное расстройство идентичности, вернее, у него было такое предположение, и он собирался отправить меня лечиться, чтобы всё выяснить и помочь мне. Это была катастрофа, потому что лечение могло всё разрушить. Медики могли убедиться, что расстройство есть и разбудить тебя. Это был бы крах всего, поскольку, рухнул бы мой план, и тебе бы пришлось жить в тех условиях, которые я никак не мог тебе пожелать и не мог допустить, чтобы ты в них оказался. Потому я убил Паскаля, убрал угрозу нашему благополучию. Думал, вернусь в приют, найду себе нового опекуна, что вряд ли, или дождусь совершеннолетия и сам выйду на свободу. Я же не знал, что нагрянет Ян, а потом единственный, обойдя в смекалке следователей, решит проверить меня на предмет причастности к убийствам. А там и моя причастность к смерти Паскаля выяснилась…
Джерри тяжело вздохнул, словно вновь окунувшись в те события семилетней давности, в те непростые, смутные для себя времена, когда в одночасье всё рухнуло, и он из свидетеля, которого все жалели, у которого было не слишком ясное, но всё же сносное будущее, превратился в опасного преступника с соответствующими перспективами. И вспомнил взгляд Яна, когда пришло подтверждение, что на одном из кухонных ножей обнаружены следы крови Паскаля и его, Джерри, отпечатки. Ян тогда ничего не сказал, Джерри тоже, это был просто контакт глазами. Но по невыносимо тяжёлому, свинцовому взгляду Яна было понятно, что, если бы не предположение о психической болезни, выдвинутое Юнгом, он бы не посмотрел на то, что перед ним ребёнок и что они находятся в полицейском участке.
- У меня всё было схвачено, - уже словно сам с собой вновь заговорил Джерри, подняв голову и устремив взгляд в сторону, – я так думал, и, может, всё действительно получилось бы так, как я планировал, и всё бы уже давно закончилось. Но всё треснуло в один миг, а потом уже я не мог остановить обрушение своих планов. И во всём вина Паскаля, поскольку с него всё началось. Он любил меня и очень переживал, хотел помочь мне во что бы то ни стало… Но его благодетель была слишком не к месту. Жаль только, что смерть его была напрасной. Если бы я знал, что всё так получится, я бы никогда не сделал этого. Но я не знал, я думал, что это мой единственный шанс, и сделал то, что должен был сделать – спасал нас. Но, с другой стороны, я и сам виноват в том, как всё сложилось, в том, что я оказался в центре – может, в другом месте и не смогли бы разбудить тебя, не зря он считается лучшим. Не стоило, верно, браться за тренировки тогда, не имея никакой возможности серьёзно прикрыть себя. Но всё это я понимаю сейчас, а тогда я не сомневался в правильности своих действий, даже не задумывался над этим. В конце концов, мне было всего пятнадцать, я был ребёнком, что с меня взять? – усмехнулся, но как-то не очень весело и посмотрел на Тома.