- Я не жалуюсь, - спокойно и честно ответил ему Джерри, пропустив яд мимо ушей, и кивнул в сторону мишени: - Давай, не отвлекайся.
Том вздохнул, поставил ноги шире, как было сказано, и снова поднял оружие.
- Чуть-чуть согни локти, - продолжил мягко наставлять Джерри, - идеально прямые руки часто дрожат. Положи палец на курок. Закрой один глаз, лучше левый. Сконцентрируйся на мишени. Сделай вдох. Задержи дыхание… Стреляй.
Не дыша, чувствуя, как заходится сердце в груди от адреналина, Том вдавил курок. Прогремел выстрел, словно разделив всё на до и после: до того, как взял в руки такую серьёзную, опасную вещь и почувствовал силу пороха, и после этой черты – первой пробы мощи оружия и того чувства, что оно даёт. Отдача была слабой, но с непривычки очень ощутимой, ударила в ладонь и докатилась до сердца. Пуля попала в стену на пару сантиметров правее мишени.
Оценив результат, Джерри кивнул:
- Неплохо. Как ощущения?
Том не мог сказать, каковы его ощущения. Ему понравился этот сконцентрированный драйв от ощущения ствола в руке и знания, что это настоящее оружие, это разливало в венах такой классный огненный, затягивающий адреналин. И он боялся этих своих чувств. Второе перевесило, так утверждал разум: оружие – это плохо, опасно и страшно, оно не для него, и тем более страшно от того, что это идея Джерри – взять его в руки и учиться им владеть.
Ответа Джерри так и не дождался, но он на нём и не настаивал и сказал:
- Продолжай.
Том, чувствуя себя совершенно растерянным и немного не здесь, снова поднял оружие и спустил курок. Отдача вновь показалась сильной, а выстрел очень громким, но уже не оглушил раскатом грома до секундного шока от непроизвольного испуга, ведь уже знал, чего ждать.
После третьего выстрела Том задумался, почему он продолжает это делать, если решил, что это точно не для него, и остановился; в этот раз ему удалось попасть в край мишени на уровне таза, если перевести её в человека. Он опустил пистолет, задумчиво и растерянно хмурясь от того, что пошёл на поводу и даже не заметил этого.
Оглядев мишень, Джерри сказал:
- Непосредственно перед выстрелом ты опускаешь пистолет, полагаю, это происходит неосознанно, поскольку он загораживает тебе обзор. Думаю, тебе будет лучше концентрироваться не на мишени, а на мушке, а мишень пусть будет фоном.
Том несколько секунд молчал и попробовал высказаться:
- Я не хочу этого…
Джерри не дал ему подумать и продолжить, ласково серьёзным тоном произнёс:
- Том, ты же не будешь упрямиться?
Конечно не будет. Том всё прекрасно понимал: все его слова не имеют никакого смысла, потому что в конечном итоге он всё равно послушается. Потому что не может ослушаться.
Том побеждено опустил голову и задержал дыхание от кома режущей горечи, впившегося в горло. И затем без напоминаний, не смотря на Джерри, вернулся на прежнее место, встал в прежнюю стойку, расставив ноги несколько шире, чем необходимо, и поднял оружие, держа его двумя руками.
- Сначала сконцентрируйся на мишени, не торопись, а потом переключи фокус зрения на мушку.
Том тихо вздохнул и, выдохнув весь воздух из лёгких и закрыв один глаз в самый последний момент, выстрелил. В мишень попал, но куда попало; пули летели правее центра и всё равно ниже.
Пронаблюдав ещё пару его попыток, Джерри подошёл к нему.
- Давай я тебе помогу, - произнёс, вставая позади Тома, вплотную, и накрыл его руки своими. – Так… - закрыл один глаз, прицеливаясь, и спустил курок.
И из-за спины Тома, что не самое удобное положение, смог прицелиться так, чтобы попасть точно в «десятку». На Тома это произвело двойственное впечатление. С одной стороны – круто. С другой – жутко как-то, когда человек сходу (а для него это было сходу) может попасть точно в цель. И муторно было, и непонятно, и странно… Том ничего не сказал ни по поводу меткого выстрела, ни по поводу того, что Джерри, не дождавшись его согласия, был так близко и правил его руками.
Остальные попытки Джерри позволил Тому сделать самостоятельно, только подсказывал периодически, но не слишком усердно, поскольку это было всего лишь пробное, вводное занятие. Когда обойма опустила, он сказал:
- У нас есть два набора запасных патронов, их мы используем завтра. И когда Оскар в следующий раз уйдёт, позвонишь одному человеку, нам нужно приобрести некоторые вещи.