Выбрать главу

В кафе Том всё время смотрел или в тарелку, или в панорамное окно, около которого они сидели и за которым постоянно проходили люди. Удивительно, но голода не испытывал, хотя не успел позавтракать дома. А потом снова куда-то поехали.

Зная, что большинство фотографов, в число которых входили и сегодняшние, не терпят присутствие посторонних при съёмочном процессе, Бо дошла с Томом до дверей студии и осталась ждать снаружи. Сглотнув, Том повернул ручку и переступил порог, прикрыв за собой дверь. Взгляд сразу остановился на двух высоких мужчинах, которые по внешности и сами могли претендовать на роль моделей – традиционных, мужских, о каких мечтают женщины, и кроме которых в комнате никого не было (на самом деле присутствовала ещё ассистентка, но её Том не заметил). Мужчины, в свою очередь, тоже обратили на него внимание.

- Вау, - поражённо проговорил тот, который стоял ближе, Алексис, даже забыв про приветствие. – Нас предупреждали, что ты сменил имидж, но я не ожидал, что разница будет столь разительна… - он выдержал паузу, ещё раз рассматривая Тома, пройдясь внимательным, удивлённым взглядом от волос и до стоп. – Удивительно!

- Да, была дива, стал милый мальчик-первокурсник, - с улыбкой вступил второй, Адриен. – Да, Джерри, ты как будто младше стал, - посмеялся. – Поздравляю!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Мне двадцать два года, - чуть хмуря брови, сказал Том, не зная, что ещё можно ответить на такое.

- Знаю. Но выглядишь на восемнадцать, максимум на девятнадцать.

- Это плохо?

- Это отлично! – снова посмеялся Адриен. – Другие кучу времени и средств убивают на это, а ты волосы срезал, перекрасил – и сбросил несколько лет.

- Причём вот что интересно: обычно блонд молодит, а тёмные цвета делают старше.

- Это натуральные светлые оттенки молодят, а платина наоборот ассоциируется со зрелостью.

Алексис поднял руки, показывая, что принимает, что сказал глупость и сдаётся. И снова устремил взгляд на Тома, говоря:

- Одна беда – теперь ты абсолютно не вписываешься в задуманный образ.

- А может… - задумчиво протянул Адриен, переведя взгляд на аккуратно развешенную одежду для съёмки и прикидывая, как это будет смотреться на «милом мальчике-студенте».

- Не может, - отрезал Алексис. – Это будет извращение. Нам оно надо?

- Здоровая доля извращений бывает полезна.

- Нет, не сейчас. Нужно обыграть имеющийся материал, тем более что мы первые работаем с новым образом Джерри. Нужно… - похватал пальцами воздух, пытаясь ухватить идею за хвост. – Так, иди на макияж, - сказал Тому, - а дальше будем думать, - съёмка была авторская, не рекламная, потому менять её концепцию они могли по своему усмотрению хоть в самый последний момент.

Проходя к трюмо с яркими лампами и садясь за него, Том боролся со сковывающим отторжением, зажал ладони между бёдрами. Но визажист не сделал с ним ничего вопиющего, не считая того, что видел в зеркале, как этот странный черноволосый парень неопределённого возраста скачет вокруг него, судя по выражению лица, полностью уйдя в процесс, дотрагивается щекочущими кистями до лица и шеи, а руками до волос. Макияж сделали «голый», Том бы и не понял, что он есть на лице, если бы не видел, как на кожу наносят невидимую бархатную вуаль и какие-то мазила. И гель для ресниц черноволосый парнишка добавил в конце, чтобы сделать их более яркими, подчёркивающими глаза.

Выйдя обратно к фотографам, Том остановился посреди комнаты, скромно и неуверенно перехватив руку рукой внизу живота.

- Раздевайся, - скомандовал Адриен.

- Это обязательно? – жалобно спросил Том.

- Обязательно. Нужно посмотреть на тебя и придумать, что с тобой делать, а одежда мешает.

Том чуть кивнул в знак того, что понял, постоял пару секунд, смотря в пол, и медленно, как прибитый, одеревеневшими пальцами начал снимать с себя одежду. Разулся, стянул тоненький свитер, взлохматив им волосы, расстегнул штаны, не поднимая головы, и, задержав дыхание, спустил их до щиколоток. Снял, отложил и, подумав, снял и носки тоже. И остался стоять в одном белье под чужими взглядами, не имея сил, чтобы поднять голову, напряжённый как струна, лишь исподволь поглядывал на мужчин, чтобы видеть их реакцию и хоть как-то понять – что дальше.