Подошёл ближе, направляя объектив сверху в лицо Тому, в то время как Алексис отошёл, чтобы снять их обоих со стороны. Том отодвинулся от наступающего мужчины, тем не менее, не сводя с него взгляда, как и было велено, но тот снова приблизился. Ещё отсел, и ещё, и свалился на пол.
- Джерри, ты чего? – не понял Адриен, опустив камеру. – Не ушибся?
Том помотал головой, мол, всё в порядке, и хотел подняться, но Адриен остановил:
- Не вставай. Хорошая композиция. Повернись чуть-чуть ко мне. Колени вместе, ладони на колени.
Том, сидя на пятках, сделал всё, как сказали. Отсняв несколько кадров, фотограф недовольно нахмурился и сказал:
- Джерри, что-то ты расслабился. Ты, конечно, худенький, но живот у всех идёт складками, если не думать, как сидишь. Соберись.
Том не особо понял, что от него требуется, но выпрямил спину, и этого оказалось достаточно. Адриен снова шагнул ближе, намереваясь поиграть с камерой всё в той же сексуальной теме, которая незаметно алой нитью прошила съёмку, и Том вновь отстранился, сохраняя хоть метровую дистанцию между ними, попятился и перекатился с пяток на попу.
- Низко, - сказал фотограф, не поняв, что парень таким образом убегает, а не принимает новую позу, поскольку никак не мог ожидать такого от Джерри. – Встань на колени и возьмись пальцами за фотоаппарат, - опустил камеру на уровень паха и отстранил от себя.
Том подполз чуточку ближе, прикоснулся к боку камеры и вопросительно взглянул на мужчину.
- Замри.
Алексис быстро оказался рядом и стал щёлкать с разных ракурсов. Том опустил взгляд к объективу, который как раз находился на уровне его глаз, чуть ниже, поднял к фотографу, обратно к камере, и снова к лицу мужчины. И вдруг осенило - что ему это напоминает.
Том подскочил на ноги.
- Вы что? – спросил и непонимающе, и обиженно, и испуганно, мечась взглядом от одного фотографа к другому.
- Перебор? – проговорил Адриен и посмотрел на партнёра, тот покивал. – Извини, Джерри, - вздохнул, переведя взгляд на парня, - увлёкся. Просто ты так выглядишь, так смотришь… Все мысли сводятся к одному. Я предупреждал тебя в самом начале, что у меня мозг отключится, если не перестанешь! – посмеялся.
Алексис исполнил то, что обещал за отключение мозга, и отвесил ему затрещину. И кивнул в сторону:
- Иди, теперь ты будешь снимать, маньяк гиперсексуальный, а то ещё изнасилуешь мальчика, только этого ему для счастья не хватало.
Том округлил глаза, а затем, не успев как следует прочувствовать первую эмоцию, стремительно перескочил на другую, открыл рот, поскольку Адриен, сказав с улыбкой: «Лучше тебя», подошёл к Алексису и поцеловал, придерживая обеими руками сзади за шею.
- Всё, хватит, - Алексис упёрся рукой в грудь партнёра, отстраняя его от себя, а на губах блуждала такая же улыбка. – Не смущай парня, - взглянул на Тома, который так и стоял с глазами на пол-лица.
- Этого смутишь! – посмеялся Адриен. – Ты забыл, с кем мы имеем дело?
- Похоже на то, что у нас получилось.
Адриен повернулся к Тому и удивлённо спросил:
- Джерри, чего ты так побледнел? Только не говори, что ты записался в гомофобы. Или… Вот чёрт, - ему в голову пришло вполне жизнеспособное предположение – что реакция парня обусловлена детской травмой, о которой они всеми своими действиями напомнили. – Ты это из-за… - он растерянно посмотрел на Алексиса, не зная, как назвать тот кошмар.
Алексис мимолётно пожал плечами, показывая, что и он не знает, как подойти к этой теме.
- В общем, - продолжил Адриен, - ты ничего не бойся и не думай. Ал пошутил насчёт меня. Ты, конечно, невероятно хорош, особенно сейчас, но мне никто кроме него не нужен, если говорить серьёзно.
- Хорошо, - растерянно ответил Том, совершенно не понимая, зачем они всё это говорят. Объясняют, что он не нравится?
- Всё хорошо, да? – уточнил Адриен.
- Да, - мелко покивал Том и на всякий случай добавил: - Я не обиделся.
- Ты очарователен, - с улыбкой. – Вот кстати ещё что меня поражает – ты не только внешне изменился. Раньше, прости уж, ты был той ещё стервочкой, несмотря на светлый образ, а теперь… - развёл кистями рук, как бы показывая разительность разницы. – Не знаю, как ты это делаешь, но талантливо невероятно, по тебе кино и все его премии плачут. Как будто другой человек перед нами.