Я брела и брела, а потом стемнело, и на небе появилась полная луна. Я села на краю трассы, подняла голову к луне, было так грустно и одиноко, что из моей пасти вырвался крик. Я запрокинула голову, насколько это было возможно и кричала, кричала, кричала.
Утром я набрела на человеческое жильё. Но запахи там были не такие, как у нас в городе. Там благоухало животными, помётом и свежескошенной травой. Само человеческое жильё находилось внутри деревянной стены с огромными прорехами. Оттуда доносился сочный аромат еды, так, что я остановилась как вкопанная и не могла двигаться дальше.
Внезапно дверь человеческого жилища отворилась, и оттуда появился взрослый двуногий самец. К нему навстречу высыпались куры, он стал раскидывать крупу и приговаривать: «Цып-цып-цып».
Из сарая донеслось хрюканье свиней. Наступило время кормёжки, все с нетерпением ждали завтрака. Я почувствовала пустоту в желудке, да, неплохо было бы подзакусить вместе с поросятами. Тем более что пища сочно попахивала кашей с мясом. Поросят выпустили из загончика, и они весело побежали к корытцу.
Я подождала, пока хозяин уйдёт в дом, протиснулась в дырку, тихонько подкралась к корыту и погрузилась в трапезу. Его голос застал меня врасплох:
- Так, так, так, что это у нас за гость?
Сперва я основательно перетрухнула, но учуяв знакомый запах дыма, как от альфа-самца из моей стаи, прониклась к нему доверием.
- Хочешь хлебать щи – тогда служи, - Мою шею перевязали платком, к платку – верёвку, а верёвку - к маленькому деревянному домику.
- Теперь это твоя будка, завтра я принесу цепь и ошейник, будешь охранять дом. Ничего, что ты небольшая, меньше еды съешь, - человек издал звук, напоминающий кудахтанье его куриц.
Я попыталась улизнуть обратно в дырку, но верёвка не позволила отойти от будки. Петля из платка, обвивавшая мою шею, не давала высвободить голову. Что же делать? Из будки доносился слабый душок псины. Видимо, когда-то здесь жила собака, и тоже была привязана к своему маленькому дому. Мне во что бы то ни стало, надо найти мою хозяйку. У меня есть своя стая, и я должна её защищать. Я дождалась, когда наступит ночь, и местный вожак отправится в дом спать. Всю ночь я грызла верёвку. Луна светила мне своим огромным глазом, словно показывая, что она становится всё тоньше и тоньше. Только бы успеть до утра.
Несколько дней и ночей я бродила по лесу, охотясь на лесных мышек и жуя разные целебные травки. Луна с каждым разом становилась всё меньше и меньше, а ночи – темнее и темнее. Я не знала, куда мне идти, только знала, что надо держаться подальше от низких человеческих домов, обнесённых деревянными стенами.
В один из дней я вышла на трассу, по которой меня везли на машине. С одной стороны ветер доносил слабый запах человеческого жилья, похожий на тот, где меня привязали к будке. Я решительно повернула в другую сторону. Днём я брела по обочине дороги, а когда начинало темнеть – пряталась в лесу, у корней какого-нибудь могучего дерева. Луна теперь наоборот становилась всё больше и больше, так что удобно было охотиться за лесными грызунами, решившими прогуляться ночью.
Однажды я зацепилась куском верёвки за корягу, испугалась и сильно дёрнула головой, платок на шее развязался, упав на землю. Он был грязный и мокрый, а я почувствовала облегчение. Когда луна снова стала круглой и яркой, до меня донеслись знакомые запахи города. Мощный букет выхлопных газов смешивался с благоуханием свежевыпеченного хлеба, ароматом дыма из пригородных кафешек, где жарят шашлыки, духом людей, табака, немного тянуло борщём и кошками. Запах дома. Такой родной и знакомый. Аромат счастья.
Накрапывал дождь. Он перебивал милые запахи, и чтобы не сбиться с пути, я со всех ног бросилась бежать в том направлении, откуда ветер приносил дыхание стаи. Дождь шёл всё сильнее и сильнее, но это было не важно, я уже видела знакомые многоэтажки, расположение улиц, я их знала наизусть. Я влетела в знакомый подъезд, вбежала по лестнице на свой этаж, и что есть мочи залаяла на знакомую дверь.
- Томка! Мне сказали, что ты убежала и потерялась, - вода стекала с моей шерсти грязными потоками, но хозяйка всё равно обнимала меня, - но ты ведь не могла потеряться, ты знаешь этот город вдоль и поперёк. Наконец-то ты вернулась.