Том надежно спрятал свои расчеты, дописал эссе по чарам и отправился на ужин. Делу время, а есть хотелось.
Похоже, что у Грейнджер не прошел ее воспитательный зуд, она старательно полоскала мозги Рону. Том прислушался. Ага, братец опять фантазировал, когда делал домашнее задание по прорицаниям. Насколько знал Том, этим занимались почти все студенты, посещавшие этот предмет. Профессорша, не скрываясь, выпивала. И обожала мрачные прогнозы и предсказания смерти и катастроф. Поэтому проще было накатать что-нибудь этакое, жуткое, но относительно правдоподобное и получить хорошую оценку, а не мучиться со схемами и расчетами. Так что Рон был совершенно прав. Грейнджер-то что за дело?
— Это пустая трата времени, Рон! — зудела Грейнджер. — Ты совсем не хочешь учиться! Бери пример с Джинни, она думает о будущем!
— Отстань! — заявил Рон, которому явно не понравился такой пример для подражания.
— О, Ронни, да она в тебя влюбилась! — нагло завил Том. — Вот и липнет. Мальчишки девочек за косы дергают, а Грейнджер тебе нотации читает.
— Что?! — подавилась Гермиона.
Глаза Рона стали совершенно круглыми. Он в ужасе затряс головой. Остальные, кто слышал реплику Тома, с интересом запереглядывались. Шеймус захихикал. Гермиона покраснела. Том отпил соку и вернулся к своему ужину. Точно придется что-то делать. А то эта кретинка сдаст его с потрохами. Причем походя — обычным упоминанием в своих нотациях.
Грейнджер некоторое время сидела молча, потом отложила вилку и вышла из Большого Зала. Том пожал плечами. Вряд ли до Гермионы дошло, почему он так сказал. Но если понадобится, то он ей объяснит. Простыми словами. А если она будет лезть к нему, да и вообще доставать окружающих, то он еще и не то придумает.
Поттер проводил Грейнджер задумчивым взглядом, но сам от ужина отказываться не стал. Рон уставился на сестру.
— Ты правда так думаешь? — спросил он. — Ну, что она в меня?..
Том зловеще кивнул.
— А как же! Тут все серьезно. Сам видел, как она покраснела. Так что, Ронни, тебе конец.
— Почему конец-то? — Рону в самом деле было интересно.
— Потому что Грейнджер теперь от тебя не отстанет, — мрачно ответил Том. — Она, наверное, решила выйти за тебя замуж. И уже тренируется. Некоторые жены очень любят пилить своих мужей. А еще контролировать. Каждый шаг. Скоро она начнет проверять, надел ли ты свежие подштанники и чистые носки. Почистил ли зубы. И нос вытирать тоже будет.
Рон в ужасе замер с раскрытым ртом. Близнецы зловеще захихикали. Девочки переглядывались. Похоже, что Грейнджер теперь достанется. Так ей и надо. Будет знать, как приставать.
После ужина Том проверил пергамент. Все было в полном порядке. Теперь стоило обновить чары, и можно отправляться в спальню. А назавтра провести ритуал и начать варить следующее зелье.
Как же все это сложно! Но интересно…
Сириус был доволен тем, как у Тома идут дела. Похоже, что он воспринимал его как преемника. Вообще, у них сложились довольно занятные отношения, если подумать. Главным был Том, но Сириус считал себя кем-то вроде дядюшки и покровителя своей по сути хозяйки. Но Тома это вполне устраивало, если честно. Был еще и Снейп… С этим было сложнее и проще в то же время. Том прекрасно понимал мотивацию Снейпа, но не был в нем уверен. Для слизеринцев выгода значила очень много. Пока для Снейпа Том был выгоден чрезвычайно. Но кто знает, что может случиться.
Ритуал для карты был несложным. Зелье впиталось, и Том пропел несколько заклинаний, старательно вырисовывая палочкой нужные руны. Теперь нужно варить зелье номер два. Да и последующие ритуалы теперь требовали новых расчетов. Соваться в библиотеку, чтобы снова попасться на интересе к тому, что, по мнению отдельных личностей, ему еще рано знать, Том не стал. У Блэка нужные книги были. Другое дело, что высчитывать все пришлось ночью за закрытым пологом кровати. Но это, право слово, такие мелочи.
Грейнджер пока вела себя тихо. Но это ничего не значило. Том несколько раз ловил на себе ее взгляды. Как бы отомстить не задумала. Нет, ему было что противопоставить наглой магглокровке, но она связана с Поттером. А все, что касалось Поттера, интересовало Дамблдора. А Дамблдор это…
Том тряхнул головой. Все-таки интересно, почему нынешний директор Хогвартса так невзлюбил его с первой встречи? И с самого начала принялся отравлять ему жизнь, следить за ним. Вряд ли Том был первым сиротой, которого тот встретил. Дерзость? Из-за нескольких фраз, к тому же не грубых, сразу же записать в преступники? Дело было в парселтанге? Или в чем-то еще?
Об этом стоило подумать, определенно стоило. Потому что… да, дело было в том, что Том рисковал снова попасться в ту же самую ловушку. То, что ловушка была, он чувствовал всей своей кожей. Другое дело, что он не помнил этого. Нет, летом нужно наизнанку вывернуться, но смыться к Блэку и провести хотя бы несколько ритуалов. Это тело его последний шанс, потерять и его было бы несусветной глупостью. Он не может себе этого позволить.
Но осторожность не являлась его сильной стороной, это Том прекрасно понимал. Да и влип он уже во многое, чтобы доучиться этот год без приключений. Ну что ж… прорвется. Не в первой!
Второе зелье было сварено и тоже впиталось в пергамент. Том тщательно перепроверил все чары на своем тайнике. Еще добавил следящих и отвлекающих. Нарисовал пару рун на косяке двери. И все равно казалось, что этого мало. Хорошо, что осталось не так уж много. Еще два ритуала, и можно будет приступать к созданию собственно карты.
Пересчитать оставшиеся ритуалы было несложно. И даже ночью за закрытым пологом — недолго. Но Тому пришлось поторопиться — кто-то задел сигнальные чары. Нет, сам тайник остался в целости и сохранности, но кто-то подошел слишком близко. Так что оба ритуала Том решил провести этой же ночью. Лучше один раз рискнуть, чем полностью потерять результат своих трудов.
Так что уже вскоре после отбоя, оставив в кровати вместо себя куклу из свернутого одеяла и подушек, Том крался по скудно освещенным коридорам Хогвартса. И размышлял о том, что мантия-невидимка, конечно, вещь. Но вот зато ему в свое время пришлось выучить кучу заклинаний. Чары хамелеона, «Гомениум Ревеллио», позволяющее проверить любое помещение, чтобы найти спрятавшегося. Заглушающие чары, скрывающие звук шагов. Да, во всем можно найти свои плюсы. Хотя от мантии-невидимки Том бы точно не отказался. Интересно, как Поттеру позволили протащить в школу такую дорогую и далеко небезобидную вещь? У Тома руки чесались прибрать артефакт, хотя он прекрасно понимал, что ничем хорошим это не кончится. Но ведь хотелось же.
По дороге он никого не встретил, чары на тайнике оказались не поврежденными. Но это ничего не значило. Поторопиться с ритуалами стоило в любом случае.
Сперва нужно было обратиться к Хогвартсу. Том тщательно вычертил магический круг, положил в центр пергамент, нарисовал нужные руны и активировал их кровью. Теперь текст.
Отклик пришел неожиданно быстро. И был мощным. Том даже испугался. В записях Сириуса имелось четкое указание на то, что замок берет часть магии у волшебника в обмен на помощь. Как бы его банально не выпили. Но древний Хогвартс знал меру. Том ощутил лишь легкое головокружение, и все закончилось. Не так уж и много у него взяли, можно и следующий ритуал проводить. А потом Том проговорил сканирующее заклинание и направил палочку на пергамент. На нем тут же появился небольшой прямоугольник с точкой, подписанной «Д. М. Уизли». Сработало! Осталась самая нудная и трудоемкая часть, но все самое магически сложное Том сделал. Теперь стоило все убрать, забрать с собой и спрятать оставшиеся ингредиенты, котел и горелку. Все удачно поместилось в корзину.