Он не стал ждать. Он никогда не умел ждать. Ему всегда нужно было всё — прямо здесь и прямо сейчас. Он понёс меня в гостиную быстрыми шагами, и я слышала только стук своего сердца и его дыхание у моего уха.
Диван мягко принял нас, когда он повалил меня вниз, нависая надо мной, словно охотник, загнавший добычу. Но я прекрасно знала: здесь охотником был не только он.
Мои пальцы почти сразу нашли его серебряную цепочку — ту самую, что всегда сводила меня с ума. Я наматывала её на палец, ощущая холод металла, перемешанный с его горячим телом. Такая мелочь, но для нас именно такие мелочи всегда имели значение. Они заводили не меньше поцелуев.
Тишина вокруг была плотной и вязкой. В этой тишине слышалось только наше сбивчивое дыхание, тяжёлое, рваное, и удары сердец, сливающихся в один ритм.
Одежда исчезала слишком быстро, падала на пол беззвучно, будто нас не касалась реальность. Всё происходило, как извержение вулкана, яростное, горячее и неостановимое. Секунды казались вечностью.
Его губы скользили по моей коже, оставляя мокрые поцелуи, и от каждого прикосновения по телу пробегали сотни мурашек. Каждый раз это казалось впервые — слишком остро, слишком сильно. Я задыхалась в этом пожаре.
Но вдруг меня осенила мысль, и я резко перевернулась, оказываясь сверху. Теперь уже я нависала над ним, ловя его ошарашенный и в то же время восхищённый взгляд.
– Сегодня я хочу быть доминантом, – выдохнула я, чувствуя, как мои губы дрожат не только от желания, но и от предвкушения. – Мне надоело, что всегда только ты.
Он усмехнулся и провёл рукой по моим волосам, слегка потянув их, отчего по телу прошла новая волна жара.
– Поверь, – хрипло сказал он, – меня это заводит даже больше.
Я ухмыльнулась и для начала склонилась к его шее, оставляя багровые следы на коже. Поцелуи были жадными, местами болезненными. Я знала, что делаю. Знала, что ему нравится, когда я оставляю эти метки — доказательства того, что он мой. Только мой.
Его дыхание стало ещё тяжелее. И я не выдержала — села на него, чувствуя, как по телу пробежала дрожь. Я изо всех сил старалась сдерживать стон, готовый вырваться наружу. Родители были где-то неподалёку. Мы обещали быть осторожными. Но, чёрт возьми, мы уже говорили это в прошлый раз.
Я начала двигаться, наблюдая за его лицом. За тем, как он закатывал глаза, как губы размыкались, выдавая наслаждение. Его руки сжимали мои бёдра, будто боялись отпустить.
И вдруг...
Чёрт.
Зазвонил его телефон.
Звук разрезал тишину, как нож. Он раздражённо скрипнул зубами и попытался проигнорировать звонок, но мой взгляд скользнул на экран. Там высветилось имя.
Тео.
Я сразу напряглась и отстранилась, положив руки ему на грудь.
– Ответь. Там явно что-то срочное.
Он закатил глаза и тяжело выдохнул. Я видела, как сжалась его челюсть. В этот момент он был готов разнести телефон в щепки, лишь бы продолжить. Я знала — он ненавидит, когда кто-то вмешивается в наши моменты.
Дэймон
Блядь.
Почему всегда так?
Почему именно он?
Тео всегда умел появляться в самые неподходящие моменты. Я был готов метнуть телефон в стену, только бы продолжить с Лаурой и снова утонуть в ней. Но этот чёртов братец, как всегда, всё испортил.
Я всё же поднял трубку, собираясь съязвить. Но Тео даже не дал мне открыть рот.
– Зря ты был таким вспыльчивым за столом, – быстро заговорил он, и в его голосе слышалась тревога. – Отец очень зол. Никто не знает, чего от него ожидать. Даже мать не может его сдержать. Будь осторожен, Дэймон. Особенно с Лаурой.
Моё тело напряглось до предела. Я сжал челюсть так, что едва не скрипнули зубы. Потом резко сбросил звонок и швырнул телефон куда-то подальше.
Мой взгляд тут же вернулся к Лауре. Она всё ещё сидела на мне, нависая, и в её глазах я увидел то, чего боялся: растерянность. Она слышала каждое слово.
Карие глаза блестели, и в них было слишком много эмоций.
Я медленно поднял руку и провёл пальцами по её волосам. Шёлковые, прямые, они мягко скользнули меж моих пальцев. Я подтянул её ближе к себе, так близко, что её дыхание смешалось с моим.
– Я готов убить его, – выдохнул я тихо, но твёрдо, будто клятву. – Ради тебя. Если он хоть мельком посмотрит на тебя.
Раны прошлого
Лаура
Мы так и уснули.
Напряжение и страх, что сжимали меня в кулаке весь вечер, растворились так быстро, будто их и не было. Стоило Дэймону прошептать то, что я никогда в жизни не ожидала услышать, и моё сердце стало биться иначе. Он сказал это с такой уверенностью, что я ни на секунду не сомневалась: если придётся, он сделает всё ради меня. Даже невозможное. Даже страшное.