Она улыбнулась, и на секунду мне показалось, что весь этот холодный бетонный мир рухнул, остались только мы двое. Уже вставая, она обернулась и бросила через плечо:
— Обещаешь?
Я кивнул. Не просто кивнул — поклялся внутри себя. Я сделаю всё, что угодно, лишь бы она снова улыбалась без тени боли в глазах.
Лаура
Когда я вышла из переговорной, моё сердце всё ещё колотилось. В коридоре меня ждал Лука. Я оставила его под присмотром, но он выглядел таким потерянным. Он сидел на жёсткой деревянной скамейке, болтал ножками, которые даже не доставали до пола, и его маленькие пальцы нервно теребили край футболки.
Я присела на корточки напротив него, заглянула в его грустные глаза и погладила его по ладошке.
— Дэймон передавал тебе привет. Сказал, что когда вернётся, соберёт с тобой лего.
Мгновенно — улыбка. Настоящая, яркая, чистая. Та, ради которой стоило жить. Он поднял на меня взгляд, и мне захотелось защитить его от всего мира. Взяв его за руку, мы вышли из здания и сели в такси.
Дома Лука сразу убежал в свою комнату, и я, воспользовавшись моментом, набрала маме. Я чувствовала вину. Я так и не позвонила ей после всего случившегося, хотя знала: именно сейчас она нуждается во мне больше всего.
На том конце почти сразу раздалось её дыхание — будто она ждала моего звонка.
— Мам, как ты? — быстро выпалила я. — Прости. Я так забегалась со всем этим, что даже не успела поинтересоваться.
Пауза. А потом тихий, грустный голос, который она пыталась замаскировать под спокойствие:
— Не буду врать. Всё не так гладко... но это жизнь. Что от неё можно ожидать, правда?
Она попыталась усмехнуться, и я поняла: она держится. Как и всегда. Но внутри — пустота и боль.
— Может, поужинаем где-нибудь? — предложила я, надеясь хоть немного разбавить её одиночество. — Давно мы не ужинали вместе.
Пауза затянулась, а потом я услышала лёгкий смешок:
— Хорошо. Но место выбираю я.
Я тоже рассмеялась. На секунду мы обе выдохнули. И звонок оборвался.
Впервые за долгое время я почувствовала лёгкость. Пусть ненадолго, но словно смогла вырваться из этого кокона проблем и страха.
Я уже собиралась набрать Тео, чтобы попросить его присмотреть за Лукой во время ужина, как вдруг...
Звонок в дверь.
Я замерла. Сердце сделало два резких удара, словно предупреждая. Осторожно подошла и открыла. Пусто. Никого.
Опустив взгляд вниз, я заметила на коврике конверт.
Холод пробежал по коже. «Только этого не хватало», — мелькнуло в голове.
Я подняла его дрожащими руками. Бумага была плотная, белоснежная, но в ней чувствовалось что-то мерзкое. Будто даже материал впитал в себя чужую злобу.
Я почти машинально перевернула конверт, уже готовая к тому, что имя отправителя снова будет скрыто. Но когда взгляд упал на надпись, меня словно обухом ударили по голове.
«От Мэди».
Это не вечно
Лаура
Конверт едва не выскользнул из моих дрожащих пальцев — кожа покрылась холодным потом, сердце стучало так громко, будто я могла услышать его эхом в пустой прихожей. Казалось, что эта тонкая бумага весила целый мир. Я сидела несколько минут, не решаясь разорвать его, будто боялась, что слова внутри окажутся ножами, и они снова оставят раны, которые не заживут.
Но любопытство, смешанное с чувством обречённости, оказалось сильнее. Я провела ногтем по краю, бумага издала тихий треск, и вот, письмо уже лежало раскрытым у меня на коленях.
«Привет, Лу. Это твоя надоедливая мелкая — ты ведь так меня всю жизнь называла?
Возможно, сейчас ты видишь во мне врага, и в чём-то будешь права. Но, несмотря на всё, я хочу, чтобы ты не забывала: было время, когда мы были близки. Наши глупые шалости, как мы пугали соседских детей, как примеряли друг на друга нелепые наряды, а помнишь ту горничную? В её первый день работы мы запустили ей крысу под одежду, и она едва не вылетела из дома, крича как сумасшедшая.
Всё это в прошлом, Лу. Наши пути давно разошлись.
Я знаю, последняя встреча оставила шрамы между нами, но... я хочу, чтобы ты знала: я больше не в Нью-Йорке. У меня есть молодой человек, и я счастлива. Так что можешь выдохнуть и перестать жить в постоянном страхе — я не вернусь, чтобы разрушать вашу жизнь.
Желаю вам с Дэймоном счастья.
С любовью, твоя маленькая проказница.»
Первые слёзы скатились по щекам прежде, чем я успела сдержать их. Солёные капли упали прямо на строчки, размывая буквы, будто и письмо тоже начинало плакать вместе со мной. Я торопливо смахнула влагу тыльной стороной ладони, хотя прекрасно понимала, что скрыть эмоции всё равно не получится.