Я опустилась на диван, всё ещё сжимая письмо, и в этот момент ко мне подошёл Рыжик. Он привычно потерся мордочкой о мои ноги, будто чувствуя, что мне плохо. Я подняла его и усадила себе на колени. Его тепло и тихое мурчание немного успокаивали, убаюкивали сердце. Рыжик закрыл глаза, свернувшись клубком, а я, глядя на это пушистое чудо, пыталась собрать воедино мысли, словно пазл, где не хватает половины деталей.
Если Мэди действительно ушла, если её больше нет в Нью-Йорке и она занята своей новой жизнью... тогда кто остаётся?
София? Но мы уже держим её под контролем. Энтони? Сомневаюсь. Он труслив и слишком ценит свою шкуру, чтобы влезать в дела, которые могут его убить. Тогда кто? Чья это тень всё ещё нависает над нами? Может, есть кто-то, чьё имя мы даже ещё не знаем?
Я тряхнула головой. Нет, не стоит себя накручивать. Нужно хотя бы на пару часов выдохнуть. В конце концов, я обещала маме ужин. И, возможно, это именно то, что нам нужно — поговорить по душам, отвлечься и хотя бы на мгновение почувствовать себя обычными женщинами, а не частью этой бесконечной войны.
Я начала собираться. В шкафу висело чёрное облегающее платье с длинными рукавами, но с открытыми плечами. Я выбрала именно его: ткань мягко подчёркивала фигуру, а открытые ключицы выглядели особенно изящно и даже вызывающе. Когда я посмотрела на себя в зеркало, я на секунду почувствовала ту Лауру, которой могла быть в другой жизни — ту, которая идёт на свидание или на вечеринку, а не в очередное сражение за выживание.
С Лукой вопрос тоже решилcя быстро. Я вызвала охрану, расставив людей у двери и окон его комнаты. Всё казалось надёжным, но внутри что-то всё равно сжималось. Каждый раз, когда я оставляла его одного, сердце предательски напоминало, что опасность всегда рядом.
Я приоткрыла дверь в его комнату, чтобы проверить. Лука сидел на кровати, обложенный альбомами и карандашами. Когда он заметил меня, его глаза засияли, а губы расплылись в широкой улыбке.
— Какая ты красивая! — восторженно сказал он. — Куда ты идёшь?
Я улыбнулась и подошла, присев на край кровати. Мягко провела рукой по его волосам, ощущая, какие они густые и непослушные.
— На ужин с мамой. Но сначала зашла узнать, чем ты тут занят.
Я заметила альбом рядом и потянулась.
— Что рисуешь?
Он немного замялся, но всё же протянул мне альбом. На странице был рисунок: я и Дэймон, мы держим ребёнка на руках. А рядом — Лука и девочка, которые держались за руки.
Я уже перестала удивляться тому, что он снова рисует нас с ребёнком. Внутри меня это всегда вызывало странное тепло и одновременно щемящую боль. Но сегодня меня зацепило другое.
— А это кто? — я указала на девочку.
Щёки Луки тут же запылали, и он смущённо заулыбался.
— Это... Ева. Мы с ней всегда играем на праздниках, когда взрослые заняты.
Я не удержалась и рассмеялась, слегка взъерошив его волосы.
— Влюбился?
Он пискнул, смутившись ещё сильнее, и закрыл лицо ладошками.
— Мы просто друзья!
Я засмеялась ещё громче.
— Ну-ну. Покажешь мне свою подружку как-нибудь. А теперь я побежала. Не скучай, Лу.
Я наклонилась, чмокнула его в щёку и снова провела рукой по его волосам. Он проводил меня сияющим взглядом, а я, закрывая дверь, подумала, что ради его улыбки я готова бороться с любыми тенями, даже если они придут снова.
Лаура
Сев в заранее вызванное такси, я поехала по адресу, который отправила мне мама. Время тянулось медленно, но в этот раз не от волнения, а скорее от нетерпения. Всё-таки мы с ней так давно не проводили время вместе, что сама мысль об ужине вдвоём грела изнутри.
Спустя десять минут машина плавно остановилась напротив здания, и я, подняв взгляд, едва заметно приподняла брови. Передо мной возвышался ресторан Хартманов — самый крупный и дорогой в городе, тот самый, где когда-то проходили переговоры, оставившие слишком много воспоминаний. И, честно говоря, я не ожидала, что мама выберет именно его.
Я расплатилась с водителем и вошла внутрь. Двери скользнули в стороны, и в нос сразу ударил привычный запах: густой аромат дорогих духов, смешанный с нотами вина, специй и свежевыпеченного хлеба. Атмосфера ресторана всегда умела производить впечатление: мягкий свет люстр под потолком, приглушённые голоса, тихая фоновая музыка, скользящие меж столиков официанты в безупречных костюмах. Здесь всё дышало роскошью и спокойствием, будто за стенами не существовало проблем.