Меня просто отстранили от собственной вины.
И вот теперь... теперь я понял, почему Лаура смотрела на меня так.
Её слова:
«Может, ты уже привык убивать. Даже если случайно.»
Пронзили, как нож под рёбра.
Но тогда я не понял, почему так больно.
Теперь — понял.
Она была в той машине.
Она.
С Эдом.
И именно поэтому её глаза сегодня были другими.
Холодными.
Мёртвыми.
— Чёрт! — выдохнул я и схватил телефон.
— Пробей мне всё по Лауре. Срочно.
Через пять минут мне пришёл файл.
Большинство информации я уже знал. Но потом...
Имя: Эдвард К.
Возраст: 21.
Отношения: с Лаурой Блейк. Два года.
Дата смерти: 2 года назад.
Причина: ДТП.
Я замер.
Подтверждение.
Словно кто-то вырвал из меня воздух.
Я схватился за голову, встал, и с яростью ударил по столу.
Все бумаги соскользнули вниз, чашка разбилась об пол.
Но мне было плевать. На всё. На всех.
Лаура
Я не могла усидеть на месте.
В груди будто застрял камень — тяжёлый, холодный, острый. Он не давал дышать. Всё внутри дрожало — не от страха, нет. От ярости. От бессилия. От того, что я всё поняла слишком поздно.
Он был там. В той машине.
Это был он.
Я не хотела в это верить, но каждая секунда записи подтверждала мои худшие догадки.
И я снова открыла переписку с Эдом.
Она была как замороженная — не тронутая с того самого дня. Смерти.
Экран засветился знакомыми строчками, именем вверху, старой фотографией профиля, где он ещё смеётся, как идиот.
Я нажала на одно из голосовых. Его голос. Такой живой. Такой настоящий.
Тёплый. Беззаботный.
Мир снова рухнул.
Я опустилась на пол, обняв колени, и начала раскачиваться взад-вперёд, как делают дети, когда не знают, как справиться с болью. Сердце колотилось в висках. Паника подкатывала волной — знакомой, мерзкой, ледяной.
Я чувствовала, как начинаю терять контроль. Дыхание сбилось, ладони вспотели, в груди сжималось.
Паническая атака.
Я знала её запах, её темп, её руки на горле.
Я пыталась, как всегда, уговорить себя — дыши... просто дыши, считай до четырёх, до пяти, выдыхай.
Но мысли были как голоса — сотни, тысячи, навязчивые, рвущиеся, кричащие.
Он был там. Он был. Он. Он. Он.
Год назад, Нью-Йорк
Прошёл уже год после смерти Эда.
Год — словно вечность. Или секунда. Всё было размытым. Я не выходила из своей комнаты. Не разговаривала. Почти не ела. Была тенью, призраком в собственном доме.
Если бы не Энтони...
Он появился в моей жизни тогда, когда никто другой не выдержал бы и дня рядом со мной.
Он не был для меня заменой — не мог быть. Но он был опорой. Человеком, который просто держал мою руку в те вечера, когда всё рушилось, когда я рыдала в ванной, когда я била себя за то, что выжила, а не он.
Меня нельзя было оставлять одну.
Каждый раз, когда оставалась наедине с мыслями — они возвращались. Те же картины: больничный коридор, монитор с прямой линией, тело Эда, холодное, синее.
Я видела, как мама пыталась — вызывала ко мне психотерапевтов, приводила в дом специалистов. Но я их всех ненавидела.
Я никому не доверяла.
Потому что всё, что у меня было — это он.
Мой Эд.
Мой единственный.
Сегодня. Нью-Йорк
Я металась по комнате, как зверь в клетке.
Взад-вперёд. Без плана. Без смысла. Просто чтобы не сойти с ума.
Запись на телефоне я включала, наверное, раз двадцать.
Останавливала. Проматывала. Смотрела снова.
Поворотник. Вмятина на бампере. Цвет.
Номер.
Спорткар.
Его спорткар.
Он был там. Это был он.
Снова, снова, снова.
Мир снова начал гудеть в ушах. Я села на кровать, спрятала лицо в ладони. Холод в пальцах, пот на висках.
Я почти не замечала, как встала. Как подошла к комоду. Как открыла нижний ящик.
Руками, будто чужими, я вытащила чёрный металлический кейс.
Открыла.
Там лежал он — пистолет.
Тот самый, который Эд показал мне когда-то.
Сказал: «На всякий случай, если вдруг что».
Смешно теперь, да, Эд?
На всякий случай.
Пожалуй, это тот самый случай.
Я взяла оружие. Холод металла обжёг ладонь, но мне было всё равно.
Руки не дрожали.
Отражение в зеркале было незнакомым.
Тёмные волосы — растрёпанные, губы сухие, глаза...
Мёртвые.
Это была не я. Не Лаура. Не Лу.
Это была боль в теле женщины. Это была месть, собранная из осколков.