— Не приближайся, — холодно сказал я.
— Что вы затеяли с Мэди? — потребовал я, держась крепко, чтобы не сорваться. — Отвечай. Не думай, что я не смогу выстрелить, я могу и сделаю это без капли сожаления. Ты сейчас рассказываешь мне всё. От начала до конца.
Он лишь кивнул — как же легко им манипулировать, он всегда боится за свою никчемную жизнь. Он начал рассказывать, но мой пистолет всё ещё был готов выстрелить, если ответ меня не устроит.
Лаура
Не прошло и минуты, как я получила ответ: «Через час в клубе. Только попробуй привести кого-то с собой — будет тебе хуже.» Я пыталась успокоить себя, ведь клуб — людное место, и там мне вроде бы ничего не должны сделать. Но в памяти всплывал мой последний поход туда... Лучше не думать об этом. Собравшись с духом, я вызвала такси. Было страшно оставлять Луку одного, но подумала, что если останусь дома, может быть хуже. Я каким-то чудом выкралась из-под охраны и села в машину. Как же хорошо, что Дэймона сейчас не было дома — это значительно облегчило ситуацию. Может, этот человек специально подстроил всё так, выжидая момент? Не хотелось думать об этом, но сердце уже стучало как бешеное.
Через пятнадцать минут мы приехали. Я вышла из машины, глубоко вдохнула воздух, пытаясь собрать мысли, и всё же вошла в здание, в которое уже обещала себе больше никогда не заходить. Подойдя к барной стойке, я заметила сидящую фигуру в капюшоне и села рядом. Спустя несколько секунд человек, сидевший рядом, снял капюшон. Я застыла, не веря своим глазам.
Дэймон
Этот придурок начал рассказывать свою жалкую историю, и я сжал пистолет в руках так сильно, что казалось, мои пальцы сейчас просто вдавят его в металл. Внутри меня закипала злость, едва сдерживаемая холодной решимостью.
— На дне рождения Гарсии, — начал он медленно, словно взвешивая каждое слово, — когда вы с Лаурой оба отъехали куда-то в такси, — это видел не только я, но и Мэди. Я сразу понял — между ними явно не всё хорошо. Мэди мечтала отомстить сестре, и я решил помочь. Хотя, если честно, всё основное придумывала именно она. Она всегда была более коварной.
Он сделал паузу, словно пытаясь понять, насколько далеко может зайти в рассказе. Я, не выдержав, резко перебил:
— Чего вы вообще хотели добиться? Каков был ваш план? Говори всё по порядку!
Он глубоко вздохнул, тяжело словно таскал на плечах груз тайн, и наконец тихо сказал:
— Мы хотели, чтобы Лаура поссорилась с тобой и ушла сама. Мэди уверяла, что самый простой способ — вбить клин между вами. Она знала, что Лаура до сих пор винит тебя за Эда, и надеялась, что я подброшу ей кое-какие «факты». Не важно, правда это или ложь — главное, чтобы она поверила. Несколько удачно брошенных слов в нужных местах, слухи, намёки... чтобы она начала видеть в тебе того человека, каким ты был раньше, а не того, кто сейчас рядом с ней.
Мои пальцы на курке пистолета ещё сильнее сжались. Я пытался не взорваться, но внутри всё горело.
— Не ври! — выкрикнул я, — Причём тут Лука? Почему он должен страдать из-за ваших игр? И эти угрозы? Объясни!
Он поднял на меня глаза, полные невинности и какой-то жалкой испуганности:
— О чём ты? Я бы ни за что не стал вовлекать сюда Луку. Мэди тоже. Это не мы. Поверь.
Я посмотрел на него и понял — он лжёт. Но если это не они, тогда кто?
Вдруг внутри меня проснулась ярость, и я, чтобы показать свою власть, выстрелил пистолетом над его головой. Звук оглушил комнату.
Он вздрогнул и побледнел, словно перед лицом смерти.