– Ава… мне так жаль. – прошептал я, глядя на её лицо, отмеченное несколькими синяками, проступившими после столкновения со льдом. – Прости меня, это всё моя вина. Я не должен был появляться у вас на тренировки.
Горькое чувство сожаления сдавливало мне горло, не давая произнести больше ни слова. Я ненавидел себя за то, что своим присутствием принёс ей только боль и страдания.
– Леви, нет. – хрипло прошептала она, её голос был слаб, как шёпот ветра, но в нём звучала не обида, а глубокая печаль. – Как бы я ни хотела возложить ответственность на кого-то другого, но это не так. В этой ситуации нет виновных.
Её слова удивили меня. Я ожидал, что она будет кричать, что всё случившееся из-за меня. Но вместо этого она пыталась меня успокоить, снять с меня бремя ответственности. Я был поражён её великодушием и способностью прощать даже в такой трудный для неё момент.
– Тогда почему ты хотела меня видеть? – спросил я, внимательно вглядываясь в её уставшее, но всё ещё прекрасное лицо.
Её красивые глаза наполнились слезами, когда она произнесла дрожащим голосом:
– Леви... я не смогу вернуться на лёд... по крайней мере, в ближайшее время.
Эти слова будто ножом пронзили моё сердце. Её мечта, которой она посвятила столько лет упорного труда, была разрушена в один миг из-за меня и моей чёртовой глупости. Я ещё сильнее почувствовал себя виноватым, но понимал, что ей сейчас нужно не моё самобичевание, а помощь и поддержка. И я собирался дать ей это любой ценой, чтобы хоть как-то искупить свою вину.
– Хорошо. Нет, конечно, это не хорошо, я не то имел ввиду. – ответил я, борясь с волнением, которое не давало мне спокойно говорить. – Но, по крайней мере, когда выздоровеешь, ты сможешь вернуться к тренировкам, а значит, твоя карьера ещё не закончена.
Ава в ответ грустно покачала головой и тихо произнесла:
– Да, но я хотела поговорить не об этом.
Я удивлённо взглянул на неё, пытаясь найти ответы на её лице. Что же её так беспокоит, если не собственное восстановление?
– А о чём тогда?
– О твоём сыне.
– Об Итане? – переспросил я, не совсем понимая, к чему она клонит. Неужели она винит его в случившемся? А когда Ава опустила глаза, словно не решаясь продолжить, это лишь усилило мои опасения.
Она подняла на меня взгляд, полный сочувствия, и объяснила:
– Я знаю, что он винит себя за то, что уронил меня, но, когда он поймёт, что я выбыла из гонки, будет только хуже. Он отличный фигурист, и я не собираюсь лишать его мечты. Итан сможет найти себе партнёршу за это время, поэтому я хочу отпустить его.
Я не мог поверить своим ушам. Ава думала не о себе, а о моём сыне, переживая, что его мечта может быть разрушена из-за её травмы. Она была готова пожертвовать своим заветным желанием ради Итана. Её великодушие и забота о других вновь поразили меня до глубины души, заставив преклоняться перед этой невероятно сильной и самоотверженной женщиной.
– Но как же ты? Как же твоя мечта? – воскликнул я, чувствуя, как моё сердце разрывается от боли за неё.
Ава грустно улыбнулась, и в её глазах я увидел безграничную любовь и самопожертвование.
– Леви, мы долгое время готовились к олимпиаде. И если я не смогу этого сделать в этом году, значит, попробую через четыре. Но я не хочу, чтобы Итан разрушил свою карьеру из-за меня. Да, произошёл несчастный случай, но он сможет добиться успеха, у него ещё есть время.
Я глубоко вздохнул, пытаясь подобрать слова. Ситуация была настолько сложной и запутанной, что я даже не понимал, с чего начать.
– Ава, я… не знаю, что сказать. – честно ответил я, чувствуя, как комок подступает к горлу. – С одной стороны, я понимаю, почему ты этого делаешь, и твой поступок даже похвальный. Но с другой, я не понимаю, почему ты говоришь это мне?
Она посмотрела на меня с грустью, но в её глазах я видел решимость.
– Пусть вы только познакомились, но ты – его настоящий отец. А я очень хорошо знаю своего партнёра, и уверена, что он не послушает никого и будет ждать, когда я выздоровею. Даже если наш тренер скажет ему, что это хорошая идея для него, он всё равно не бросит меня.