Утром я попыталась вновь поговорить с Рэмертом через браслет, но некромант не отзывался. Элен ничем не смогла помочь — в Академии проблемы с магией так пока и не решили. Брат жаловался на холод — система поддержания температуры отказала. Профессор Мэйсон, по словам Хэла, все так же читал лекции, таскал группу на практику и устраивал неожиданные зачеты. Ни о каких серьезных проблемах декана мой брат не слышал. Это успокаивало, но не сильно — я прекрасно знала, каким скрытным может быть Рэм.
— Готово, — довольно констатировала тетушка. — Открывай глаза, влезай в туфли — и отправляемся. Ани, не забудь захватить телепорты возврата!
— А как же зеркало? — нервно дернулась я, цепляясь за последнюю возможность оттянуть прибытие в резиденцию аллийских владык. «Лодочки» сели по ноге, как носки — абсолютно комфортно. Мечта, а не туфли. Если обувь Лиссэ сделана так же качественно, то не удивляюсь тетушкиной грациозности.
— На месте и посмотришься, — ухватила меня за руку Лиссэ. — Ани, иди ко мне, деточка… Так, девочки, держимся друг за друга, чтобы не упасть по прибытии! О, кстати, Нэй, забыла сказать — наши мальчики будут позже, чем планировали. У них там небольшие разногласия по поводу «подобающей одежды», про которую говорилось в приглашении.
— Позже? — пискнула я и зажмурилась, потому что несносная Лиссэ активировала телепорт.
Мгновение безмолвия… и оглушающая волна запахов, звуков и цветов. Именно в таком порядке.
Зал поражал своими размерами. Пожалуй, здесь без труда разместился бы футбольный стадион. Ярусы и балконы напоминали трибуны болельщиков, сейчас почти пустые. Справа расположилась «зона отдыха» с диванчиками, подушками, мягкими коврами и столиками с фруктами и вином. Это была традиционно «женская» половина, на которой мне и придется провести большую часть вечера. Слева — пространство для танцев. Если честно, идти туда мне было бы страшновато. Пол походил на затвердевшую воду — прозрачно-серо-синий, с лиственными вкраплениями. На вид — очень скользкий. Потолок изображал звездное небо. Наколдованные светила не отражались в глянце пола, и от этого возникало странное чувство диссонанса. Будто кто-то просто взял и склеил две подходящие по цвету, но разные по стилю картинки, не заботясь о том, чтобы они хоть чуть-чуть гармонировали между собой. Ярусы и балконы искрились золотом, оттененным темной зеленью плетущихся растений. Зал ослеплял, поражал, смущал и заставлял остро ощутить собственную ничтожность, но самым страшным было не это.
Аллийцы. На взгляд, тысячи три-четыре. Наверное, будь это люди, я бы не реагировала так остро, но Старшие… Совершенные фигуры — ни одной полноватой или сутулой! — и наверняка идеальные лица. Платья напоминали цветы — при яркости и насыщенности оттенков ощущение дисгармонии не возникало даже тогда, когда рядом оказывалось алое и зеленое. Мужчины тоже не стеснялись в выборе нарядов — как в фасонах, так и в расцветках.
«Интересно, как будет одет Дэйр? — успела подумать я. — Они с Ксилем собирались отдельно, чтобы «не портить сюрприз». Князь наверняка выберет черное, а вот Дэйри… Да еще эти разногласия, про которые тетя говорила…»
И в этот момент с потолка, словно из громкоговорителя, раздался голос. Аллийские слова прогремели на весь зал:
— Прибыли наследница Сэртай, госпожа Ани Эльнеке Сэртай, с опекуном — госпожой Лиссэ Ашель Эльнеке и госпожа Найта, эстаминиэль Дэй-а-Натье.