Тот нервно дернулся и начал собирать посуду со стола.
— Я не развлекаться еду, — ответил он наконец, складывая тарелки в емкость с водой и запуская каскад очищающих заклинаний. Правда, расставлять посуду по полкам приходилось вручную. — Меня ждут деловые переговоры и визит к пациентке. Что ты станешь делать, пока я буду занят? Шататься по улицам? — Дэриэлл, отвлекшись на разговор, поставил тарелку на самый край, и, конечно, она соскользнула. Ксиль мгновенно наклонился, поймав ее в двух сантиметрах над полом. Целитель благодарно кивнул и чуть смягчился: — Бродить среди аллийцев даже для человека — не самая хорошая идея. А уж для шакаи-ар… Не сомневаюсь, что среди моих сородичей мало найдется тех, кто способен причинить вред князю, но лучше не провоцировать на открытые столкновения.
— Дело только в том, что я шакаи-ар? — подозрительно радостно переспросил Максимилиан. Дэйр пожал плечами — мол, а что тут непонятного. — Хорошо, а если я немного изменю внешность и отретуширую ауру, чтобы сойти за полукровку-человека?
В глазах целителя мелькнуло неподдельное любопытство. Еще бы, о таком пишут только в трудах сомнительной научной ценности, да еще слухи ходят, а вот увидеть воочию «идеальную маскировку» шакаи-ар мало кому удается.
— А могу я…
— Запросто, — улыбнулся Максимилиан. — Смотри.
В боевую форму, с длинными когтями, клыками и нескладно-угловатой фигурой шакаи-ар перетекали быстро, но достаточно плавно, а здесь изменения были резкими, взрывными. Сжались в точку веретенца-зрачки, зашевелились и вытянулись, как трава в ускоренной съемке, встрепанные пряди — и опали роскошнейшей гривой почти до пояса, немного заострился подбородок, а когти посветлели и втянулись в пальцы.
Но самое главное — аура. Только что она сияла, как солнце, словно крича: «Я князь, я шакаи-ар!», а теперь угасла и замерцала нежно и холодно, как звезда в зимнем небе. Такие рисунки можно увидеть только у людей с сильной примесью аллийской крови, но никак не у шакаи-ар.
— Как я вам? — кокетливо хлопнул ресницами Ксиль, облокачиваясь на стол и откидывая со лба челку. Сейчас он мог бы сойти за старшего брата Ани — такого же черноволосого, хрупкого и слегка манерного подростка. — А, вижу, вы потрясены. Можете делать комплименты и восхищаться вслух, разрешаю.
Дэйр опомнился и стер с лица восторженную улыбку.
— Как ты это сделал? — спросил он, подходя ближе и выхватывая пальцами одну жесткую, шелковисто блестящую прядь. — Мгновенное преобразование окружающей материи? Или внушение, иллюзия?
Максимилиан снисходительно улыбнулся, наблюдая, как целитель сосредоточенно рассматривает черную прядь.
— А вот и мимо. Это все настоящее, — он выразительно дернул себя за челку. — Принцип тот же, что и с наращиванием когтей и клыков для сражения.
— Похоже на действие косметических заклинаний? — быстро спросил Дэйр, что-то прикидывая. Глаза у него горели от исследовательского азарта. Я понимающе хмыкнула. Как бы он Ксиля в лабораторию не потащил на радостях.
— Нисколько. Отращенные заклятиями волосы и ногти можно потом только срезать, а эти вернутся к прежнему состоянию по первому сигналу, — целитель помрачнел — видимо, объяснение шакаи-ар разрушило некую стройную теорию. — Честно говоря, это все баловство. Вот увеличение роста… Да, там приходится повозиться, — Максимилиан, польщенный вниманием, уже откровенно рисовался.
Дэриэлл нахмурился.