Аллийка поджала губы.
— Ты заметила, да? Он уже вторую неделю сам не свой. После возвращения из столицы вообще ходит как в воду опущенный.
— Дэйр ездил в Кентал Артей? — удивилась я. — Он ничего об этом не говорил. Вы не знаете, зачем ему было туда отправляться? Дэриэлл вроде не любит появляться поблизости от дворца Повелителя Леарги.
Лиссэ задумалась.
— Зачем?.. Возможно, он хотел отказаться от приглашения на бал по случаю сотого юбилея Меренэ, а сделать это можно только лично.
Я мысленно присвистнула: оказывается, зловредной сестре стукнуло десять тысяч лет! Хм, выходит, она самое древнее существо из всех, с кем мне приходилось встречаться. Сто веков, мамочки… Сложно даже представить себе такой промежуток времени. Это же практически вся человеческая цивилизация! Дэйр, конечно, ненамного младше, но его-то я хорошо знаю лично, и возраст так не давит… Ох, а ведь Леарги вообще ровесник Первой войны!
— А когда будет бал? — растерянно спросила я, думая совсем о другом.
— Через неделю. У меня тоже есть приглашение — для Ани, наследницы Эльнеке. Но девочке можно появляться на публике только в сопровождении опекуна, так что пойдем вдвоем, — Лиссэ вздохнула. — Конечно, Меренэ не сахар, но проигнорировать приглашение — знак нелояльности к правящей династии. Мне бы это еще сошло с рук, но не бедняге Дэйри. И так в последний год на него много грязи вылили, — Лиссэ осуждающе покачала головой. Черные камни в крупных серьгах поймали лучик солнца и вспыхнули, как бриллианты.
Стоп! Вот оно…
— Лиссэ, а он в депрессии случайно не из-за сплетен? — насторожилась я.
— Не думаю, — тетушка неловко переложила несколько бумаг с места на место, избегая зрительного контакта. — Эти слухи давно ходят, — я выразительно кашлянула. — И Дэйри не хотел бы посвящать тебя в грязные домыслы… Я тебе ничего не рассказывала, — предупредила Лиссэ, прежде чем покашливание превратилось в астматический приступ. — Знаешь, когда Дэйри родился… я этого не могу помнить, разумеется, но мои знакомые рассказывали… — она замялась. — В общем, кое-кто говорил, что Дэйри — нечистокровный. Мол, в роду его матери, редкой красавицы, к слову, были темные пятна… Доходило до абсурда — Дэйри называли шакарской кровью, — наконец выпалила тетушка, нервно кусая губы, и расслабилась. — Скорее всего, это ерунда, но скрытые шакарские гены ни одно исследование не выявит, так что заткнуть рот болтунам раз и навсегда невозможно. В детстве Дэйри очень злили эти домыслы, но потом он взбунтовался и начал вести себя так, как от него и ждали — плевать на традиции, общаться с полукровками, проводить опасные эксперименты. Со временем сплетни поутихли, но сейчас… Ты знала, что Дэйр — почти единственный из правящей семьи, кто выступил за объединение с равейнами и шакаи-ар? — внезапно спросила Лиссэ.
Я покачала головой. В политическую сторону жизни целителя я старалась не лезть. Да и сам Дэриэлл упорно игнорировал тот факт, что у него есть определенные права — как у признанного сына Леарги. И тут выясняется, что Дэйри активно участвует в создании союза. Дела!
— Найта, ты совсем не интересуешься политикой, а ведь придется — статус обязывает, — с осуждением заметила тетушка. — Пока к тебе не пристают, потому что возраст не тот, но сразу после совершеннолетия навалится столько обязанностей, что мало не покажется… Королевы всегда очень активно участвовали в мировой политической и общественной жизни.
— Какое это имеет отношение к Дэйру? — мучительно краснея, прервала я тираду. До пятидесяти лет мне еще дожить надо, рано пугать!