– Его проще поймать на работе, чем дома. Так что приезжай в центральное управление. Мы угостим тебя кофе и еще чем-нибудь… кстати, ты любишь чесночные булочки?
– Очень. – Девушка вгляделась в лицо собеседницы и, заметив, что та улыбается, подняла брови. – Что смешного?
Терри честно пыталась сдержаться, но покатилась со смеху.
– Если ты любишь чесночные булочки, тебе достанется не только кофе, но и выпечка.
– Я сама могу их приготовить. Не то чтобы я хвалюсь, но чесночные булочки у меня выходят что надо. Кстати, я готовила их на новоселье. – Она потерла подбородок, задумавшись. – Хм, может, и на новоселье в квартире, которую я буду снимать в доме Рэя, приготовить чесночные булочки? Я думаю, ему понравится.
Вампирша, к тому времени успокоившаяся, согнулась пополам в новом приступе хохота. Донна смущенно улыбнулась.
– Вряд ли, – выдавила из себя Терри, вытирая выступившие на глазах слезы. – Лучше бы тебе остановиться на луковых бубликах. Или мини-пиццах. Но миндальные круассаны тоже подойдут.
Эпилог. Рэй
23 декабря 2002 года, обеденный час
Треверберг
Валентин сдал назад, резко повернул руль, и машина идеально вписалась между двух автомобилей с табличками «медицинский персонал» на переднем стекле. Рэй отстегнул ремень.
– Лихо ты паркуешься задним ходом. На пустынной стоянке супермаркета это хорошо работает, но если рядом кто-то есть, недолго и чужую тачку зацепить.
– Не зацепил же, – ответил брат, доставая ключи из зажигания.
– И водишь ты так, будто за тобой гонится вся дорожная полиция Треверберга. Кто тебя учил?
– Ты. На дворе было лето, а мне было пятнадцать. И ты успел чуток выпить. Я не хотел садиться за руль, но ты меня заставил. Сказал, что уже давно пора, и если через год я не получу водительские права, то мы перестанем ходить в кино.
Офицер Лок вышел из машины.
– На полном серьезе, Валли? Ничего такого не помню.
– Значит, насчет «чуток выпить» я ошибся, и ты выпил прилично, – поддел его Валентин.
– Я бы не научил тебя плохому.
– Да ты и не учил меня плохому. Я смотрел, как ты водишь, а потом повторял. Кстати, однажды нас остановил полицейский возле Ночного квартала. Если бы он не оказался твоим другом, тебе бы прилетело. Потому что прав в то время у меня еще не было. Кстати, мне уже не пятнадцать, и пора бы притормозить с нравоучениями.
– Я беспокоюсь о тебе. Ты же мой младший братец.
Валентин захлопнул дверь и поправил ярко-желтый шарф, укутывавший шею.
– Твой младший братец получил степень доктора медицины и управляет клиникой, – напомнил он.
– Детали, – отмахнулся Рэй.
Они миновали указатель с надписью «Восстановительный центр имени Лурии Родман», Солнечный квартал», приблизились к забору и через несколько минут подошли к будке охранника. Темнокожий молодой человек в форме читал свежий номер «Треверберг Таймс» и время от времени поглядывал на дорогу, которую преграждал шлагбаум. Справа от будки охранника находился вход для пешеходов, узкая калитка с автоматической дверью.
– Привет, – поздоровался парень, откладывая журнал. – Я Стюарт. Вы, наверное, Рэймонд и Валентин? Мисс Терри сказала, что вы придете, просила вас впустить. Но я должен взглянуть на ваши документы, такие уж у нас порядки.
Рэй показал Стюарту полицейское удостоверение, а Валентин приложил к стеклу будки идентификационную карту. Охранник внимательно рассмотрел первое и второе и взял под козырек.
– Порядок. Как вам погодка? Ничего себе снегу намело в честь Рождества? Я живу в Треверберге уже пятнадцать лет, но такой зимы не припомню.
– Да уж, – кивнул брат. – У меня дом в Цветочном квартале. Еще вчера вокруг него был сад. А сегодня утром этот сад замело к чертям. Жена вернется из командировки послезавтра и будет в ярости. Боюсь даже намекать на это в разговоре по телефону. Несчастные розовые кусты. Надеюсь, она меня не убьет. Но не будем о грустном. Скажете, куда нам идти? Мы здесь впервые.
– Если мисс Терри не дала вам точный адрес, идите к главному зданию. Yа нем большая вывеска с названием восстановительного центра. Через двадцать минут будете на месте.
Валентин и Рэй переглянулись.
– В смысле, пешком? – уточнил последний.
– Ага, – кивнул Стюарт. – На территории района не пользуются машинами. Только грузовики с едой заезжают. И строительная техника. Либо велосипеды, либо пешком. Вы прогуляйтесь. Погода хорошая, солнце наконец-то выглянуло. Заодно и местность изучите, тем более что вы тут впервые.
***
Солнечный район, в котором жили пациенты восстановительного центра имени Лурии Родман и большая часть здешнего персонала, был застроен небольшими двухэтажными коттеджами. Белые стены и ярко-алые крыши наводили на мысли о поселке где-нибудь в Альпах, а поскрипывавший под ногами снег это сходство усиливал. Насколько помнил Рэй, Филипп Хобарт и Альберт Родман открыли центр в 1993 году. Отец, чья профессиональная интуиция с годами превратилась в совершенный инструмент, давным-давно вынашивал идею проекта, подобного Солнечному району, и, верный своей привычке реализовывать задумки мгновенно, уже через месяц начал обсуждать вопрос с доктором Хобартом. Первые дома появились в 1994 году, к 1995 в них поселились первые жильцы. В 1999 году Альберт и Филипп открыли в Треверберге первую клинику для граждан, находящихся за чертой бедности, и отец решил расширить проект. Так появился новый Солнечный район, предоставлявший жилье родственникам пациентов и им самим в том случае, если график процедур не позволял тратить несколько часов на дорогу до больницы.