– Ну, и каково тебе работать с самим Рэймондом Локом? Набираешься опыта? Начинаешь применять знания, приобретенные в академии, на практике?
Терри уже открыла рот для того, чтобы ответить, но Рэй наставил на нее указательный палец.
– В твоей голове правила, – сказал он. – Дохера правил. Они формируют твое мышление. Они ограничивают тебя. Что я говорил?
– Нахрен правила?
Он разочарованно поцокал языком.
– Слова. Это просто слова. Ты говоришь их для того, чтобы мне понравиться. Вы хотите нравиться окружающим, да, офицер Нур? Хотите, чтобы вас принимали, любили, ценили. Но есть небольшая проблема: вы можете быть либо послушным полицейским, либо полицейским, который раскрывает преступления. Либо хорошей девочкой, либо стервой, которая всем мешает, но добивается своего. Мне скучно с тобой. Ты заперла свою истинную сущность на семь замков и приходишь в ужас при одной мысли о том, что кто-то о ней узнает. А что скажет общество? Ты должна помнить, какой рукой берут вилку, какое платье надевают до обеда, а какое – после, о чем можно говорить на вечернем приеме, а о чем – нет. – Рэй склонил голову на бок, продолжая изучать лицо Терри. – Ты вампирша. Охотник. Высший хищник. Этот мир принадлежит таким, как ты. Высшим хищникам плевать на правила. И плевать на то, что о них думают овцы из стада. Участь овец – быть сожранными.
Офицер Нур судорожно сглотнула и опустила глаза.
– Знаешь, почему я предпочитаю встречаться с вампиршами? Потому что они принимают себя. Они животные – и нисколько этого не стесняются. Они благодарят богов за этот дар. У них прекрасное зрение. Отличное обоняние. Они получают удовольствие от боли и наслаждаются, причиняя боль другим. Ты красива, сильна, бессмертна, навсегда останешься молодой. Неужели твой создатель подарил тебе вечность для того, чтобы…
Рука Терри взметнулась в воздух мгновенно – Рэй не успел уследить ни за ее движением, ни за тем, что случилось потом. Через долю секунды он сидел на тротуаре, прижимая ладонь к ушибленному уху. В голове звенело так, будто противник более серьезной весовой категории на ринге предпринял решительную попытку отправить его в нокаут.
– Отличный удар, леди. – Эльф зажмурился, пытаясь справиться с головокружением. – Виттория бы обрадовалась, узнав, что Эндрю частично отмщен.
– Кто такой Эндрю?
– Милаха-вампир, который любит гнуть пальцы и говорить красивые слова.
– Прямо как ты?
– До меня ему далеко, мэм. К слову, это было больно и чертовски обидно. И я говорю на полном серьезе.
Вампирша скрестила руки на груди.
– Да? Тогда нам на полном серьезе нужно подняться в квартиру и приложить лед. Иначе завтра ты явишься на работу с синяком, и о тебе будут говорить еще больше, чем обычно.
– Боюсь, это невозможно, леди.
– Хочешь проверить?
– Сделаем выбор в пользу льда.
***
Квартира осталась такой, какой Рэй запомнил ее со времени своего последнего визита в ночь смерти Софии. По ощущениям эльфа, жилье до сих пор принадлежало мисс Крейн, хотя ее нога на идеально чистый пол уже никогда не ступит. Донна не прикасалась к безликим постерам, не трогала маленькие фотографии в рамках, чей порядок казался искусственным и чересчур правильным, не вытирала пыль с декоративных ваз с золотистым покрытием. Он готов был поклясться, что чашки на кухне по-прежнему расставлены по цвету и форме, а в раковине нет грязной посуды. Кафель в ванной? Разумеется, такой чистый, что на него больно ступать даже босой ногой.
Судя по всему, разделение территории София и Донна практиковали уже давно. Первой принадлежала большая часть квартиры. Второй – ее комнатка, служившая одновременно спальней, кабинетом, библиотекой и убежищем. Рэй глянул на часы. Начало десятого вечера. Интересно, а куда подевалась Донна Паркс? Она намеревалась вернуться домой после сдачи проекта в «Сандерс Пресс». Решила отправиться в ночной клуб и выпить пару коктейлей? Он бы не стал ее осуждать. За последние несколько дней на эту женщину свалилось слишком много всего. Удивительно, как она не поседела.
Появившаяся на пороге Виттория отошла на пару шагов и сделала широкий жест.
– Располагайтесь и чувствуйте себя как дома, но не забывайте, что вы в гостях.
Терри оглядела квартиру.
– Ты не звонила мисс Паркс? – спросила она у детектива Лейб.
– Не берет трубку. Оставила сообщение, попросила перезвонить, когда прослушает автоответчик. Не думаю, что с ней приключилось что-то плохое. Кстати, возможно, мой новый приятель знает кое-какие детали. Но он не хочет разговаривать, хотя я угостила его кофе и отдала свою порцию греческого салата.
Рэй помог своей ученице снять пальто и повесил его на вешалку в маленькой прихожей. Виттория не торопилась проходить в гостиную. Она пытливо изучала лицо коллеги.