Донна достала из принесенных из дома вещей халат, закуталась в него и вышла на балкон. Наручные часы показывали начало четвертого утра. Самое время отправиться в постель. Девушка подошла к перилам и посмотрела вниз. Офицер Лок сидел на крыльце – дверь была открыта, и квадрат теплого света лежал на подъездной дорожке. Он говорил по телефону и пил кофе, аромат которого Донна ощущала даже на балконе.
– Брось, Вики, – сказал Рэй, отвечая на реплику собеседника. – Кто тут темный эльф, я или ты? Я знаю, как разговаривать с этим прохвостом. Мы дружили, помнишь? Положись на меня. Или старина Рэймонд Уильям Лок тебя когда-нибудь подводил?
Сделав пару шагов назад, Донна прикрыла глаза и шумно выдохнула. Больше суток на ногах – это слишком даже для полуночников. Спать. Срочно спать.
Глава восемнадцатая. Гайла
15 ноября 2002 года, утро
Треверберг
– Очень смешно, Вагнер, да, очень смешно. Лучшая шутка десятилетия. В следующий раз, когда Лок решит сделать мне сюрприз, я пошлю его далеко и надолго. Так, как делаю обычно. Понятия не имею, почему сейчас повел себя иначе. Наверное, решил, что уж если я ему помог, то могу ожидать ответной услуги.
Гайла стояла, облокотившись на стойку, отделявшую комнату дежурного от коридора, и терпеливо ждала. Ждать она не любила, терпеть – тем более, но если Даниэль Каден на кого-то разозлился, то выскажет все до последнего слова. И нет в двух мирах силы, способной его остановить. Иногда волчица думала, что этому парню нужно было родиться темным существом. Не темным эльфом, конечно. Светлым. Или оборотнем. Оборотень из Даниэля вышел бы отличный. Будь он в ее стае, она бы десять раз подумала перед тем, как отказываться от статуса наследницы. У Гайлы было бы три сотни братьев и мужей, но офицера Кадена она бы выделяла из остальных. У них получились бы красивые дети. С хорошей кожей, крепкими зубами и отличными костями.
Поймав взгляд детектива Хилборнер, Даниэль поднял брови. На лице подчиненного капитана Камиллы Тейт читался вопрос «какого хрена ты на меня так уставилась».
– Да, конечно, – ответил он, продолжая диалог с Китом. – Ну разумеется, он с Лоуренсом Уайтом не знаком. Они не пили во всех барах Ночного квартала, не работали вместе. И он на полном серьезе хотел обрадовать коллегу. Знаешь, что? Да пошел ты, Вагнер. Я иду работать, и лучше бы тебе и твоей следственной группе не приставать с вопросами вроде «а когда вы прослушаете разговоры Нильса Крейна и просмотрите его сообщения». Потому что я лично распоряжусь, чтобы это сделали в последнюю очередь. Локу все сходит с рук. Но сегодня правила устанавливаю я.
Даниэль вернул телефонную трубку на рычаг и подвинул аппарат из сверкающего черного пластика – подумать только, такое старье еще выпускают, и оно может выглядеть неплохо – к дежурному.
– Спасибо, Джордж.
– Не за что, офицер Каден, – откликнулся дежурный, молоденький стажер, несколько месяцев назад окончивший полицейскую академию. У Джорджа были встрепанные светлые волосы, сонные серо-зеленые глаза и совершенно затравленный вид. И Гайла могла его понять. Попасть на дежурство в отделение с камерами предварительного заключения, когда ты еще не успел понюхать пороху – не самая завидная доля. – Не забудьте прислать мне рапорт.
– Можешь списать его с кассеты, дружок. Длинный рапорт, полный длинных, бесконечных пауз.
Волчица сделала над собой поистине нечеловеческое усилие, сдерживая смех.
– Извините, – вздохнул Джордж. – Да, пожалуй, обойдемся без рапорта. Но вы должны расписаться в журнале посещений.
Проведя пальцем по странице большой тетради в кожаном переплете, Даниэль поставил свою подпись в нужной графе.
– Вот тебе подпись. А знаешь, что во всем этом самое любопытное, Джордж? Я даже не помню, как звучит голос этого парня. Слышал его буквально пару раз за все время, что он… как бы помягче выразиться? Словом, ездит всему нашему отделу по мозгам.
– Крепкий орешек, – посочувствовал стажер.
– Охренеть какой крепкий. – Слыша ругательства из уст этого мальчика, Гайла морщилась, как от зубной боли. Она прощала ему такое поведение исключительно потому, что их человеческий бог наградил его восхитительно красивыми глазами. И мозгами, конечно же, Камилла кого попало к себе в отдел не возьмет. – Но это уже не важно, потому что я возвращаюсь к текущей работе и перестаю об этом думать и говорить прямо сейчас. Вот что в нашем деле самое главное, Джордж. Вовремя выкинуть из головы то, о чем нужно забыть.
– Конечно, офицер Каден.
Гайла нагнала Даниэля уже на лестнице.
– Погоди, не убегай. Хочу перекинуться с тобой парой слов.