– Вопрос задан не тебе.
Терри Нур, к немалому удивлению Лоуренса, даже не опустила пистолет.
– Привет, Рэй, – поздоровалась она. – Как ты меня нашел?
– Ты не отвечала на телефон, и я позвонил консьержу «Золотых вязов». Он сказал, что ты вылетела из дома так, будто за тобой гналась стая диких волков, а Донна Паркс часом раньше вышла из тех же дверей в компании «высокого спортивного блондина», как я решил, Джеймса Ламберта. Судя по тому, что они оба не поднимают трубку, случилось что-то плохое. Куда ты могла бы пойти в такой ситуации, особенно после наших рассказов о следопытах?
– Эй, – напомнил о себе Лоуренс. – Как насчет того, чтобы твоя подопечная не наставляла оружие на гражданских, а, Лок?
Рэй в течение нескольких секунд оглядывал хозяина особняка.
– Смотрю, ничего не изменилось, Уайт. Голубые таблетки уже не действуют, и ты перешел на зеленые?
– Точно, ничего не изменилось. Эта хрень продолжает есть мой мозг и перестанет лишь в тот момент, когда остановится мое сердце. Но останавливаться оно пока что не планирует. Так что я должен научиться с этим жить.
– Патетично донельзя. Ты всерьез надеялся, что Анна обратит внимание на такого тюфяка? Самому-то не смешно? Ты когда в последний раз смотрелся в зеркало? Ты же законченный наркоман! Черт. Убери пистолет! – рявкнул он на Терри Нур.
Та послушалась, но вид у нее до сих пор был решительный.
– Он отказался идти со мной.
– Разумеется, отказался. Он и до туалета дойдет с трудом. И уж точно не поможет нам найти Донну Паркс.
– Нам?..
– Ты ведь не думаешь, что я отпущу тебя одну с этим созданием, да еще посреди ночи?
– Что с ним вообще такое?
– Многие следопыты принимают наркотики. Это помогает им ненадолго заглушить… м… то чудовище, о котором я тебе рассказывал.
Лоуренса начало тошнить, и он потер лицо ладонями, пытаясь привести себя в чувство.
– У тебя есть сигарета? – внезапно сменил тему Лок.
– А?..
– Ты что, бросил курить, первые боги тебя побери?!
– Рэй, – вмешалась Терри. – Мы теряем время.
– Вовсе нет. Я принес кое-что полезное, это приведет нашего героя в чувство. Иди в дом, неудачник. Сейчас будешь как новенький.
Глава двадцать вторая. Донна
Ночь с 15 на 16 ноября 2002 года
Треверберг
Шины старенького «фольксвагена» Джеймса взвизгнули, когда автомобиль вписался в поворот, и Донна невольно поежилась. Сколько она его помнила, он был осторожным водителем и подобных выкрутасов себе не позволял.
– Джесси, думаю, нужно ехать помедленнее. Мы никуда не опаздываем.
– Твои тюремщики слишком хитрые. Они могут увязаться в погоню за нами.
– Но это же полицейские… Джеймс, послушай. Ты заявился в квартиру женщины, которая работает в отделе по расследованию убийств. Она меня охраняла. Ты сказал, что мне угрожает опасность, и уговорил уйти. Может, объяснишь, что происходит?
Воспользовавшись остановкой у пешеходного перехода, он посмотрел на нее так, будто услышал слова на чужом языке.
– А разве ты не понимаешь?
– Ты спасаешь меня от маньяка, да, – сказала Донна тоном, который используют при общении с непонятливыми детьми. – Но Терри…
Джеймс в сердцах ударил кулаком по рулю. Поздние пешеходы, вздрогнув, обернулись на звук сигнала.
– Не понимаешь, – вздохнул он. – Ты ничего не знаешь. Все именно так, как он говорил. Я до последнего не верил, ведь темное существо не может отрицать свою природу. Оно понимает, что особенное. Чувствует это, осознает так тонко, как смертный не осознает никогда. Но ты не осознаешь.
Ладони Донны внезапно стали ледяными, и она потерла руки, пытаясь согреться. На лице Джеймса, еще мгновение назад сосредоточенном и почти злом, появилась улыбка.
– Хотя ничего удивительного, ведь ты не совсем темное существо… или нет? Ты помнишь свою мать? Я имею в виду, родную, настоящую мать?
О своем детстве девушка практически ничего не знала. В основном, потому что отец не любил об этом говорить. Каждый раз, когда она задавала осторожные вопросы, в его глазах появлялся то ли холод, то ли страх. Или то была боль? Знала Донна только одно: мать умерла от тяжелой болезни, когда ей было четыре, и через пару лет отец женился во второй раз. Он не хранил фотографий покойной жены, а все ее вещи либо раздал, либо уничтожил. Он даже не называл ее имени. Позже, будучи уже взрослой, Донна пыталась навести справки о биологической матери, но поиски успехом не увенчались. Она знала только ее имя, указанное в свидетельстве о рождении – Сюзанна Райт. Конечно, можно было нанять частного детектива, но в те времена девушка с трудом наскребала деньги на квартиру, а обращаться за помощью к матери не хотелось. Если уж приняла решение уехать из дома, будь самостоятельной.