Для осмотра меня попросили раздеться до своего природного обличия и погрузиться в чашу со странной вязкой жидкостью. Подключать что-либо к телу не требовалось. Нанороботы давно уже научились принимать сигналы организма, не вступая в контакт.
Маленькие, незримые глазу механизмы, по своему развитию лишь немногим отличающиеся от живых существ, плавали вдоль моего тела, пуская слегка уловимые импульсы. Тем не менее этих импульсов было достаточно для того, чтобы соскучившаяся по ласкам часть моего организма пришла в боевую готовность.
— Я слышала, что шахтёры превосходные любовники, но о шикарном оснащении рассказчики обычно умалчивают…
Только сейчас я понял, что мой врач — женщина. Защитный костюм, обязательный при встрече прилетавших из космоса, тщательно скрывал фигуру, а шлем — лицо. Сейчас же она была без него и спадающие на плечи золотистые волосы изящно обрамляли овальное, немного острое лицо. Она была из тех, кого не принято считать красавицами, но и невозможно не хотеть.
— Можно ли говорить об оснащении, не испытав его в действии? – подмигнув, спросил я.
Космические путешествия раскрепостили людей, сняли с них земные ограничения, позволили жить в своё удовольствие. И это позволяло рассчитывать на утоление своих физиологических потребностей при первой же встрече. Разве есть что-то плохое в том, когда двое людей дарят требуемое, получая то же взамен? Разве не в этом весь смысл взаимодействия?
— Только после душа! — приняв предложение, ответила она. — Не люблю, когда наниты ползают там, где им не место…
Возражений у меня не было. Горький опыт подсказывал, что даже маленькие роботы способны превратить прекрасные минуты уединения в наполненные болью часы. Не каждый робот способен осознать добровольное участие в акте и определить, не является ли вторжение инородного тела законным. Они думают лишь о борьбе за здоровье и жизнь. Но можно им это простить. Всё же такова их программа.
Душевая — пожалуй, единственное место, которое осталось практически неизменным со времён моей молодости. Единственное, чем его смогли дополнить — это абсолютная гидроизоляция и всенаправленные струи воды. Безумно классная вещь!
Подача пены мгновенно покрыл тело моющим средством, а сильные струи слегка горячей воды смыли всю грязь. Бодрость тела и бодрость духа воссоединились, а желание многократно возросло.
Когда я вернулся в кабинет, она стояла у монитора и сводила отчёт о моей готовности приступить к работе. Сейчас на ней уже не было защитного костюма, как собственно и остальной одежды.
«Не безупречна, но чертовски сексуальна!» — подумал я.
— Ты уже готов? — она лишь на мгновение отвлеклась от экрана.
— Готов! — ответил я и подошёл к ней вплотную.
Профессионал, что уж и говорить. Встречал я уже раньше таких — не отвлечётся, пока не закончит работу…
Не видя смысла в бесполезной потере времени, я схватил её за бёдра и резко вошёл. Лёгкий стон подсказал, что она действительно живая, а влага указала на готовность к процессу. Что ж, можно и так… Зато нет необходимости думать только о её удовольствии.
Я ускорился. Медленные движения созданы для влюблённых. В данном случае жёсткость даст куда большее удовольствие.
Возбуждение возрастало соизмеримо количеству вбиваемого в дело текста. Точно так же приближался и финал, о наступлении которого сообщил громкий стон.
Я не был уверен, что вызвало столь бурную реакцию — мои действия или завершение отчёта, но сам звук возбудил меня до предела. Мощная волна прокатилась по телу и выстрелила в точке нашего соприкосновения. Будоражащая сознание пульсация заставила меня наклониться и прижаться к вздрагивающему от ощущений телу.
«Годен» — словно заключение происходящего красовалось в последней строке оказавшегося перед лицом экрана. Больше меня здесь ничего не задерживало. Проверка пройдена, а она завтра даже не вспомнит обо мне. Таков удел нашего времени. Такова цена прогресса.
День второй
Утро началось с раздражающего звонка будильника, специально поставленного в дальний угол отведённой мне комнаты. Когда-то давно я пробовал ставить какую-нибудь приятную мелодию, но эксперимент этот имел весьма неприятные последствия. Не на каждой планете можно вызвать такси, и то, что мне тогда не пришлось добираться до шахты пешком — чистое везение. Впрочем, от снижения премии меня это не спасло.