— Тогда я дам тебе микроскоп, — рассмеявшись, ответил старик.
Аргументировать он умел.
День четвёртый
Утро выдалось тяжёлым. Так всегда бывает, если накануне вечером было весело. Я не любил ходить по барам, но иногда всё же заходил в них, и вчерашний вечер был тому подтверждением.
Бар под названием «Блоха» был точно таким, каким его описывали мои товарищи по монтажу щита. Длинные неоновые полосы, поднимающиеся вдоль входной двери, заканчивались силуэтом, заменяющим письменное обозначение названия заведения. Это говорило о том, что владелец имеет неплохую фантазию, но не очень богат, ведь сейчас было модным использовать анимированные проекции. Данное же решение уходило корнями в историю.
Внутри бар был оборудован такими же полузабытыми вещами, как и вывеска на входе. Столы на ножках, стаканы из бьющегося стекла, живой бармен… А самое главное — граммофон, над которым возвышалась блестящая изогнутая труба. Если бы в одном из перелётов я не изучал историю музыки, то вовсе не понял бы, что это такое…
К слову, именно с граммофона и началось вчерашнее веселье. Не приди мне в голову попросить включить какую-нибудь пластинку, утром моя рука не онемела бы от лежащей на ней женщины. Хотя не факт, что без дивного музыкального инструмента события развивались бы в другом ключе. К тому же я ни о чём не пожалел.
Когда автобус подъехал, я стоял внизу, а незнакомка, с которой я провёл ночь, уже практически исчезла в линии проспекта. В наше время, если встреча прошла взаимовыгодно, разговоры излишни. Она не знает, кто я, а я — кто она. Мы оба получили то, на что рассчитывали.
***
Сборка щита ещё вчера уже была практически закончена. Последние детали привезли рано утром и ответственные за их установку тут же принялись за дело. Мне же с Лирком оставалась только предстартовая подготовка.
Старик был молчалив. Судя по всему, он переживал о готовности к запуску — всё время ходил, подтягивал гайки и ворчал.
— Не переживайте! — я хотел его успокоить. — Эта модель известна мне, как собственные пять пальцев на правой руке. Да и вам, я уверен, тоже.
— Это не означает, что всё идеально и можно расслабляться! – он всей массой налёг на ключ, и гайка повернулась на миллиметр. — Вот видишь?
Я только усмехнулся. Если ему так спокойнее, пусть носится и крутит то, что и так закручено. В конце концов, у каждого свой способ занимать свободное время.
— А ты так и будешь сидеть в стороне? — недовольно спросил Лирк. — Лучше бы помог старику!
Делать нечего, придётся помочь. Всё равно других занятий нет. А так, может быть, услышу что-нибудь интересное…
— Вы сказали, что родились на Земле… Расскажите, какой она была тогда.
— Значит, ты решил отвлечь меня разговорами? — старик усмехнулся. — Моя планета тогда была не такой, какой ты её знаешь. Город, в котором я родился, был маленьким даже по тем меркам. Сейчас в одном доме людей больше живёт… Однако была в этом своя прелесть. Всё жители города знали друг друга, ходили в гости, гуляли… Помню, ещё совсем маленьким был, когда меня начали водить с собой. В одном доме пообедаем, в другом чай попьём, а на ужин и к нам придёт кто. Все своими были. Мать у меня тогда дояркой в колхозе была… А ты, наверное, и не пробовал коровье молоко…
— Отчего же не пробовал? — возмутился я. — Пробовал! У моей бабушки корова была. Вот только давно это было… Но вкус и сейчас помню. Такое не забывается.
— Вот это правильно! А я вот этими самыми руками, — Лирк показал свои грязные руки — коров доил! Схватишь за вымя и давай жамкать — один раз в рот, пять раз в ведро. Не устоять!
Мы оба засмеялась. Старик умел рассказывать весело о важном. Это безусловный талант!
— Мать у меня в колхозе работала, — продолжил он, — её весь город уважал. Говорили, что после её рук молоко слаще. А отца все боялись. Он кузнецом работал. Руки, как моя голова, огромные и дело своё знали. Но в страхе и уважение было. Потому везде нам рады были.
— А вы почему в шахтёры пошли?
— А вот это очень странная штука… Мой город был окружён лесами и равнинами. Всё своё детство я провёл гуляя по ним, изучая флору и фауну, собирая грибы и ягоды, просто отдыхая. Часто я выходил в поля, чтобы помогать собирать колорадских жуков, опылять от вредителей, собирать плоды… Но однажды, гуляя по лесу, я наткнулся на странную щель между корнем дерева и землёй. Она не была похожа на чью-то нору. Водоёмов, способных помыть грунт, рядом не было, и само место располагалось не на склоне — значит, дело не в дождях. Тогда я решил проверить что внутри. Не представляешь, каково было моё удивление, когда я нашёл там небольшой гранат…