— Прямо под деревом?
— Ну да! Случайно упёрся рукой в землю, а он взял и выпал. Вот тогда я и начал рыть свой первый тоннель.
— И много там было камней?
— Хватило на уплату налогов и обучение на курсах шахтёров, — Лирк засмеялся.
Мне тоже стало смешно. Бывает же так: случайность определила всю жизнь.
Мы продолжили обтяжку гаек, шутя и смеясь. Всё же повезло мне с напарником!
День пятый
Ночью мне не спалось. Рассказ Лирка взбудоражил мои воспоминания. И от этого мне было грустно.
В отличие от напарника, моя история была не такой интересной. Родился в бедной семье, с десяти лет помогал отцу на заводе, накопив на обучение, пошёл учиться на ту специальность, которую мог оплатить. Сложно выйти в люди, не имея почвы под ногами.
Я знал, что моя жизнь — это вспахивание и засевание поля, плоды с которого будут пожинать мои дети. Если они у меня будут…
Работа в шахтах была очень опасной, и то, что я пережил уже шестой обвал, можно было считать удачей. Уже после второго обрушения породы, когда над восстановлением моего тела работали около недели, я понял, что должен вырасти по карьере, закрепиться на одном, наземном месте, и только тогда задумываться о семье. А пока что я должен жить, словно сегодняшний день — последний.
Конечно же, это очень громкое выражение, ведь на стадии строительства и запуска щита не бывает рисков. Охрана труда на поверхности всегда на высоте. Другое дело, когда ствол уже оборудован и работы производятся вручную… Но расслабляться не стоило. Ведь в режим последнего дня не так легко перейти, как кажется изначально. Лично я боролся с планами и эмоциями очень долго.
Утро началось для меня около четырёх. Значит, поспать мне удалось всего лишь полтора часа. Это мало. Озноб пробирал всё тело. Может быть, поможет кофе?
Тусклый свет настольной лампы осветил лежащую в кровати незнакомку. Благо, что кофеварка бесшумна — незачем ей разделять мою бессонницу. Незачем ей мешать мне думать…
Терпкий аромат крепкого кофе взбодрил. Горячая жидкость растеклась по телу желанным теплом, заставив вздрогнуть. Горечь оставила послевкусие, на которое тут же выделилась слюна. Я не хотел сластить его. Напиток должен подчёркивать настроение, а не скрывать его завесой лжи.
Беглый взгляд на кровать заставил меня задуматься. Девушка, лишь наполовину скрытая под одеялом, обладала тонкой талией, широкими бёдрами и среднего размера грудью. Да, всё именно так, как я люблю. Если бы не работа, возможно, именно с ней я бы хотел встречать каждый день и проводить каждую ночь…
Я не знаю, кто она, кем работает, где живёт, какое у неё образование… Я не знаю, какой она человек… Чёрт возьми, да я вообще ничего о ней не знаю! Но это не значит, что передо мной лежит всего лишь игрушка на ночь. Может быть, именно она смогла бы завоевать моё сердце…
Горький кофе наполнил рот и скатился вниз.
Я представил, что было бы, если бы она была моей. Возможно, я лежал бы и гладил её нежную, упругую кожу? Или, утопив пальцы в светлые шелковистые волосы, прижал к себе? Нет! Я всё так же сидел бы и пил кофе. Потому что это я…
***
Мне всегда нравилось смотреть за тем, как лезвия щита вгрызаются в землю, преодолевая сантиметр за сантиметром. Возможно, когда-то это было неинтересно, но большие экраны, установленные перед операторами, позволяли видеть всё, словно вовсе не существует двухметровой защиты между ними и лезвиями.
Мне всегда нравилось наблюдать, как слой за слоем грунт нарезается ровными слайсами, как разного рода породы падают в выпускной канал, как вырезаются останки древних существ и растений. Раньше всё это перемалывалось в труху, но теперь технология позволяла машине мгновенно определить происхождение материала и остановиться. Дальше в дело пускались небольшие боты-археологи, расчищающие находку быстро, но осторожно. Иногда подобные находки приносили шахтёрам неплохую премию.