Женщина направлялась в морг, ей хотелось увидеть лицо дочери и попрощаться с ней, ибо уже все успели заложить в памяти последний момент с её только телом.
Она понимала, что теперь это прощание будет иначим, ведь сегодня её главный орган перешёл к другой девушке. Она не сможет притронутся к её сердцу, казалось бы какая разница есть оно или нет, оно же всё равно не бьётся. Да это так...но её сердце это было самое важное в её жизни, оно глубокое, тонко чувствуещие, хрупкое, верное. Теперь её тело без него, теперь её матери придётся прощаться с дочерью без сердца. Хотя Наала бы сказала : "Ты и так не чувствовала его. Какая уже разница?". Да, девушка хорошо относилась ко всем, но не к своим родителям. Видно хотела показать то, как бы она хотела, чтобы относились к ней.
Женщина вошла в морг и дрожь по коже увеличилась в сотни тисяч раз. Она подходила к дочери, которой совсем недавно нанесли разрез возле сердца и достали орган. Возможно ей показалось, что её кожа стала ещё бледнее. Или же это свет так падает, кто знает...но температура тела, она упала до нуля. Казалось, что она стала льдом, притронутся к ней было невыносимо трудно. Но Рамиса смогла и её слезы прямо капали на руку дочки.
- Наала, доченька! Знаешь, я оставила тебя, не попрощалась и ушла. Знаю ты гневаешься на меня, чувствую, что ты словно ураган хочешь всё разнести. Ведь я всегда с тобой так поступала, а теперь моя дочь умерла и я не поменялась, просто взяла и из-за личной жизни убежала оставив своего ребёнка мёрзнуть в этой холодной комнате, я оставила свою дочь в момент, когда она лишалась сердца. Мне нет прощения, знаю, не нужно было мне приходить, не так ли? Но я ведь могла так поступить, смогла бы вообще не попрощаться и не попросить прощения? Я не могла...не посмела бы. Ты очень любила своего брата, уверена, что ты на небе хочешь лишь одного, чтобы он был счастлив и мы не мешали ему жить. Я воплощу хотябы одно твоё пожелание - я разведусь с твоим отцом и потом уеду. Ни я, ни он больше не тронут твоего родного брата. Прости за всё если сможешь...Прощай, дочка! - проговорила она со слезами на глазах, потерая её руку.
Она вышла в последний раз взглянув на дочь, ей не верилось, что она и в правду стала причиной смерти своего дитя.
Её немного растормошила медсестра, которая что-то говорила под нос.
- Что вы говорите?
- Я говорю, что завтра можете забрать свою дочь, уже похороните её.
- Да!? Спасибо.
- Не за что, пусть всё наладится.
- Если бы наладилось...
...
Спустя 3 дня. Вся семья похоронила Наалу, в тот день казалось, что жизнь катится вниз со скоростью самого сильного ветра. В тот день никто не сдерживал слёз, все вспоминали день её смерти и первые эмоции, поэтому лицо делалось мокрым само собой. Конечно же больше всех измучился Авсал, который нёс гроб, а потом закапывал собственную сестру в землю. Кто мог препложить, что такое свалится на его судьбу? Правильно даже врагу такого не пожелаешь. Он кидал землю в яму и когда вся закончилась, он подошёл и начал рыть могилу с криком : "Сестра прости меня, я тебя сейчас вытащю, ты же сейчас задохнешся. Прости я не подумал, сестра! Прости меня, я всё сделаю! Подожди немного!". Его тянули к себе, но он продолжал вырыватся, его боль не кончалась. Его смогли сдержать и просто тащили с того кладбища, а он оборачивал голову и смотрел назад. О том как он смотрел на Рамису и Кахрамана, лучше и не говорить, ведь это была вторая волна злости. Парню хотелось размазать этих бесчестных и он еле сдерживал себя.
- Вы убийци! Вы убили свою дочь! Я вас в порошок сотру! Та чтоб вы жили в муках, для таких как вы смерть спасение. Слышите меня? - кричал он сам не понимая, какие слова.
- Авсал, успокойся, прошу тебя! - схватила его Чигдем.
- Не лезь ко мне, нашлась тут ангел! - немного оттолкнул её он. - Я буду всю жизнь вам это вспоминать, где бы вы не были! Слышите меня?
- Сынок, прошу не говори так! - упала на колени перед ним мать.
- Я тебе не сын, а ты мне мать! - проговорил он от злости и горя в душе и посмотрел на отца. - А ты мне не отец!
После этих слов он просто ушёл, взяв с собой Тыжара, который так напоминал о сестре. Лишь только так он смог успокоится, лишь на своего пса он не кричал.
...
Тем временем с больницы выписывалась Эбру, швы с её разреза сняли и она уже могла ходить, хотя полное восстановление ждёт её дома. Врачи предупредили, что сильные нагрузки ей противопоказаны и дома будет стараться поменьше ходить, к тому же медсестра каждый день будет приходить и смотреть, как там её шрам. Естественно девушка хотела поскорее вернуться к работе, но как она поняла ей удастся это сделать только через месяц.
Выйдя из больницы вместе с родителями, её подруга Кюгю уже ждала их с воздушным шарами и машиной с водителем.
- Ааа какая красота!!! - держась за отца выкрикнула девушка увидев, что подготовила подруга. - Спасибо тебе, Кюгю!
- Не за что, родная! - приобнялись они. - Я так редко могу что-то сделать для тебя, пускай хоть в этот раз.
- Ты уже сделала самое лучшое - стала мне, как сестра! - трогательно ответила она, что едва не расплакалась.
- Оо не нужно так, я же сейчас сойду с ума от прекраных слов. Это лучшее, что мне говорили, когда либо, подруга.
- Я говорю, как есть! - крепко обнялись они.
- Ай! - от боли воскликнула она. - Шрам!!!
- Так всё, садимся в машину. Быстро! - проговорила госпожа Йетер увидев, что дочка сильно много себе позволила.
Они сели в машину и уже уезжают. За этим всем следит тот самый человек...