Картинки моего прошлого замелькали перед моими глазами, и на мгновение меня сковал ужас. Я с широко распахнутыми глазами смотрела на смерть во плоти. Прямо перед моим носом стоял мужчина, некогда нормальный, но сейчас изменившийся кардинально. Из раны на его шее текла кровь, не переставая, и весь пазл словно собрался воедино.
Там, в туалете, это была его кровь. Самый простой кухонный нож торчал в его руке, и я подумала, почувствует ли он боль, если я вырву его оттуда?
Я продолжала отступать назад, сама не зная куда. Сзади была лишь стенка, но я начала искать глазами что–то, что сможет убить эту тварь. Словно прочитав мои мысли, существо оскалилось, его глаза бешено блестели. Он продолжал наступать на меня, и я не знала, что делать. Впервые меня охватило такое отчаяние, что мне захотелось зареветь.
Рык повторился. Существо хромало на одну ногу, хотя от этого его походка никак не менялась. Он двигался медленно, как в замедленной съёмке.
И тут мне в голову пришла мысль.
Я была уверена, что мое лицо озарилось от этой идеи, и невольно улыбка растянулась по моему побледневшему лицу. Глубоко вздохнув, я принялась исполнять свою задумку.
Не отрывая взгляда от звериных глаз мертвеца, я рванулась вперёд, обогнула проклятую коробку и, не останавливаясь, метнулась к двери. Я прижалась к ней спиной и часто задышала. Не отрывая буравящего взгляда от чудовища, я попыталась открыть дверь Ничего. Потом я попробовала сделать это еще раз. Снова ничего!
Существо в непонятках остановилось, осмотрелось, но, похоже, вновь учуяв мой запах обернулось. Его лицо не выражало ничего, но мне показалось, что сейчас оно перекошено от ярости.
Ручка на двери повернулась сама собой и мои глаза вновь округлились. Послышался крик с той стороны:
– Айлин! Я не могу открыть дверь! Придется ее выбивать, но тебе нужно отойти, – это был голос Мэтта. Никогда не думала, что буду рада его слышать.
– Поторопись, а то от меня даже косточек не останется, – пищала я.
Глухой удар сотряс дверь, и я по инерции отпрянула от нее. Этот звук так привлек мертвеца, что он склонил голову набок и невидящим взглядом уставился на дверь. Его руки безвольно повисли вдоль туловища и, воспользовавшись этим моментом, я отбежала в сторону. Дверь вновь сотряслась. Мэтт сыпал проклятиями на нее, потом же добавился второй голос. По нотками раздражения я поняла – это Джим.
Я не успела моргнуть, когда с жутким звуком дверь повалилась на пол, а вместе с ней и Джим с Мэттом. Так случилось, что дверной проем вырвался прямо с петель и упал на мертвеца. Он извивался под телами Мэтта и Джима, пытаясь выбраться.
Я ещё больше втиснулась в стену, боясь даже двинуться.
Первым после удара отошёл Мэтт. Он как ракета вскочил с пола и ошарашенными глазами уставился на мертвеца. Его лицо побледнело и лишь розовые губы были самым ярким пятном на нем. Затем его глаза поднялись на меня.
То ли от страха, то ли от отчаяния, но я разглядела в нем сочувствие ко мне. Лицо Мэтта было мягким, и он протянул мне руку. Я оттолкнулась от стены и быстро подбежала к нему. Моя маленькая ладонь удобно легла в его большую мужскую лапу. Кожа на руке была шершавой и холодной, но сейчас этот холод привел меня в чувство.
Мы рванули со всех ног из закусочной, но обернувшись, я увидела, как Джим буквально взлетел с двери. Я не видела его лица, но он ленивой походкой подошёл к мертвецу и что есть силы ударил по его голове тяжёлым каблуком ботинок. Я вовремя отвернулась, но успела услышать хруст костей.
* * *
Передо мной высился самый обычный американский дом, каких тут были миллионы. Я разглядывала обшарпанные стены, некогда покрытые бежевой штукатуркой. Аккуратные большие окна сейчас были разбиты вдребезги, и стекло валялось прямо у меня под ногами. Этот дом был единственным жилым зданием на окраине города Фоллс–Сити, окруженный гектарами бесконечного желтеющего поля.
Мое сердце отбивало глухой стук, я знала почему. Мне даже не требовалось заходить внутрь, чтобы понять: здесь давно уже никто не живет. Это было понятно не только по разбитым окнам и задёрнутым шторам в гостиной, нет. Просто в этом месте странным образом ощущалась атмосфера пустоты, причем, не только физической. Это чувство грозилось поселиться и у меня в душе, если бы позади меня не стояла черная машина, окруженная моими новыми знакомыми.
Мы ехали еще четыре часа после случая на заправке. Никто об этом старался не говорить, но я видела напряженное лицо Майи и серьезные глаза Мэтта, и лишь Джим был как удав спокоен. Правда, от меня не ускользнуло, что он крепко сжимал руки на руле, костяшки пальцев даже побелели.