Это «что-то» прыгнуло на меня и вцепилось в ногу, чуть выше ботинок. Я закричала от неожиданности и испуга, а затем почувствовала укус. Направив дрожащей рукой фонарик на «чудовище», я с ужасом заметила змею, вцепившуюся в ногу. Из-за моей жуткой фобии ситуация казалась такой страшной, что меня это выбило из колеи и я не могла понять, ядовитая она или нет? Я рухнула на землю. В ноге почувствовалась необычайная тяжесть, поднимающаяся все выше.
К сожалению, нож выпал из руки и я не могла его найти. Рыская руками в куче листвы, я боялась напороться на еще одну тварь, но в этот раз мне как-никак повезло. Но ножа не было.
В голове роились лихорадочные мысли. Я могла лишь звать на помощь, либо оторвать змею сама, что было сложно, потому что руки онемели.
– Мел! – громко, что есть силы, закричала я. – Мел! Мне нужна помощь!
Сначала было тихо, но потом послышались громкие шаги. Мел бежала ко мне и когда она увидела меня, лежащую на земле, быстрее пули метнулась к месту, где я валялась.
– Что с тобой? – воскликнула она. Перед глазами все плыло, и я едва видела ее лицо. – Что случилось, Майя?
– Зм-мея. – заикаясь, прошептала я.
Она перевела глаза вниз, и они расширились. Не сказать, что она была напугана, просто удивлена.
– Я не знаю, как убрать ее, – взволнованно сказала она.
– Нож. Я уронила нож где-то тут. Найди его и убей эту тварь.
– Да, да, хорошо, – быстро пролепетала она и принялась искать нож. – Только ты не отключайся, слышишь? Держись!
Я кивнула. Глаза слипались. Теперь мне стало ясно, что змея все-таки ядовита. Немного ироничная ситуация: умереть от того, чего я боюсь больше всего в своей жизни – змеи. Я вспомнила лицо мамы, такое мягкое, но одновременно твердое; папины добрые глаза цвета травы; вечно дерзкого Джима и веселого Мэтта.
– Мел, – позвала я. – Мел, я хочу, чтобы Мэтт и Джим знали, что я пыталась найти родителей. Пусть знают, что они важны мне так же, как они.
– Не говори этого. Замолчи! – холодно крикнула она. – Есть, нашла!
Мел подняла нож, замахнулась и со всей силы воткнула его в змею. Давление немного уменьшилось, но боли становилось больше. Аккуратно, чтобы не задеть ядовитых зубов, она вытащила змею из моей ноги и откинула куда-то в сторону.
– Все, теперь все хорошо, – она посмотрела на меня. – Вставай, нам нужно вернуться.
– Я не дойду. Нога... – протянула я. – Я не чувствую ее.
Мелисса ахнула.
– Не чувствуешь? Черт, это плохо. Это очень плохо.
Она вдруг вскинула голову и посмотрела куда-то вдаль. Ее лицо вытянулось от страха, и она испуганно посмотрела на меня.
– Майя, там ч-человек.
Я встрепенулась. Ну, нет! Почему нам так не везет? Не хватало, чтобы на нас вышел зараженный человек.
– Майя. Там еще один! – крикнула она. – Он совсем близок. Нам нужно уходить.
Девочка смотрела на меня с нескрываемым ужасом, а вот я не чувствовала ничего, кроме боли. Я видела, что они совсем близко, ни не могла ничего поделать.
– Уходи... без... меня, – задыхаясь, сказала я.
– Нет!
– Да! – громко возразила я.
За ее спиной показался зараженный, и не успела я крикнуть ей бежать, как он внезапно повалился набок со стрелой в голове. Мелисса пораженно смотрела в сторону.
Я видела размытые движения слева, но мои глаза закрылись, и я провалилась во тьму.
Глава 5. В поисках новой земли.
Айлин
Как же скучно, черт возьми! Я лежала битый час на кровати, раскинув руки и ноги, как морская звезда на песке, и тоскливо смотрела в идеально серый потолок. Почти все уже давно легли спать, так как сильно устали (хотя, я не понимала, отчего устали Лукас и Кристен), а ко мне сон все не шел. Я даже прогулялась на свежем воздухе в попытке нагнать на себя немного усталости, но как водится, этого у меня не получилось.
В голове уже сотый раз мелькала мысль, как тепло меня приняли в этом доме. Всех сразу же накормили до отвала, и я с набитым пузом несколько минут без остановки хвалила стряпню Кристен. Она всегда мне лучезарно улыбалась, но я видела, что за этой улыбкой скрывается что-то еще, помимо радости от моих похвал.
Кристен практически сразу разрешила мне обращаться к ней на «ты». Да я и не представляла, как можно общаться с такой молодой девушкой на «вы». Ее шоколадные волосы были кучерявыми, напоминая шерсть овечки. Глаза всегда светились нежными искорками, и именно от этого она казалась намного моложе своих лет. Я прикидывала, что ей где-то около тридцати пяти лет, может, чуть меньше. Когда Кристен говорила, мои уши блаженно слушали ее чарующий голос. В целом, она мне нравилась, а вот к Лукасу у меня были весьма неоднозначные выводы.