— Эй, ты, слепая корова! Под ноги смотреть не учили?! — завопил он, словно его резали бензопилой. Голос — визгливый, мерзкий, как скрежет гвоздей по школьной доске. — Я вообще-то спешу! У меня дела! Очень важные дела!
Она подняла на него взгляд, полный мертвого безразличия. Ее глаза — словно два пустых колодца, в которых отражался лишь мрак.
— Ты хоть знаешь, кто я такой?! — продолжал он, надуваясь, словно перекачанный презерватив. — Моя семья — уважаемые люди в этом городе! Мы внесли огромный вклад в его развитие! А ты тут, прешь на меня, как танк! Да я тебя…
Она молчала, сдерживая рвотный позыв. Ей хотелось просто исчезнуть, раствориться в воздухе, лишь бы не видеть эту омерзительную рожу.
— Вообще-то, знаете ли, так себя не ведут! — продолжал он, словно заведенный. — Я — член клуба любителей старинных грампластинок! У нас сегодня заседание! Очень важное! И если я опоздаю, мир рухнет!
Она усмехнулась. Его слова — пустой треп, жалкая попытка казаться значимым. Но она видела сквозь эту маску — страх, неуверенность, отчаяние. Что-то сломалось в ней. Что-то оборвалось. Она больше не могла это выносить. Этот мир, этих людей, эту бессмысленную, тошнотворную жизнь. В этот момент, она почувствовала, как рукоятка ножа в её сумке прижалась к бедру, словно напоминая о своем присутствии.
И картинки завертелись в её голове, словно слайды в старом проекторе.
И вдруг ей захотелось…
Нет. Она не должна. Она не может.
Она должна уйти. Прямо сейчас.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов