— Убирайтесь! — орал Бен. — Целый день только набиваете брюхо! Я не нуждаюсь в вас! Убирайтесь!
Мэри молча посмотрела на мужа, повернулась и вышла. Они с дочерью собрали свой скарб, завязали в узлы, заткнули за пояса револьверы и пошли за конями. Бен вышел из дома.
— Ну, без глупостей, вы, бабы!
Но Мэри даже не удостоила его взглядом.
— Не сумасшествуйте! — кричал Беззубый. — Из-за какой-то оплеухи серьезные женщины не убегают!
Мэри обернулась к мужу.
— Не только из-за этого, — сказала она спокойно и решительно, так что Бен потерял всякую надежду. — Работу мы найдем в другом месте. Там Дженни подыщет себе и мужа получше, чем твои головорезы. Запомни, Бен, дерево не падает от сотни ударов топора, но от последнего удара оно падает. Боюсь, что ты плохо кончишь. Будь здоров!
Женщины поехали и скрылись за поворотом реки.
— Проклятое бабье! — ругался Беззубый. — Посреди зимы со всем хозяйством остаться одному!
Он вернулся в дом, поднял веник, который бросила Мэри, и принялся подметать. Он почистил посуду, помыл ее, расставил по местам, а потом пошел в пристройку, чтобы найти там какое-нибудь ружье.
— Ну, пожалуй, вот это, — сказал он, когда наконец подобрал подходящее оружие, и, подбадривая себя, добавил: — Топ за все заплатит, я ему такую историю поднесу, что у него слезы будут литься. А на зиму я ему предоставлю жилье. По крайней мере не буду один в этой проклятой дыре. Он платит за все. Это тот человек, который мне нужен. Вот так-то.
ОСТАНОВКА В ПРЕРИИ
Поезд следовал по трансконтинентальной дороге из Сан-Франциско на восток в Чикаго. Он только что миновал головокружительной высоты виадук и теперь пыхтел и катился по заросшему лесом высокогорью. Позади остался последний сторожевой форт в горах. Открывалась бесконечная заснеженная прерия. Лагерь изыскателей, который когда-то был тут, давно не существовал. До ближайшей станции было далеко. Пассажиры только что поужинали, но ложиться спать было рано. В первом вагоне у окна сидела пожилая дама. Лицо ее было сильно напудрено. Она все еще грызла кекс и со скукой смотрела на пустынный ландшафт.
— Ужаснейшая местность и совершенно бесполезная, — сказала дама. — Здесь даже невозможно разводить скот. Кэт, дай мне, пожалуйста, книгу.
Бледная девушка, которая сидела напротив, открыла чемодан и достала толстый роман. Старая дама погрузилась в невероятные события и забыла обо всем на свете.
— Совершенно пустынная местность, — произнес господин лет тридцати, сидящий рядом с девушкой. Только что он, как и другой господин, помоложе, сидящий рядом с пожилой дамой, прикрыв глаза, пытался спать, и вот заговорил: — Пустынная местность!
Девушке было лет семнадцать. Длинный дорогой жакет, плотно облегающий талию, и блузка, застегивающаяся чуть не до подбородка, казались слишком строгим одеянием для такого нежного создания.
Не успела девушка ответить на замечание соседа, как вмещался молодой человек, сидящий подле дамы; ему можно было дать лет двадцать.
— Действительно, какая-то забытая богом местность, даже хотя бы с точки зрения красоты природы, — произнес он и манерным движением извлек из кармана часы, медленно поднес их к лицу и с чрезвычайной серьезностью поглядел на циферблат.
— Такие места лучше проезжать по ночам, — добавил его визави, поглаживая свою каштановую шевелюру.
— Совершенно верно, — согласился с ним розовощекий спутник.
По лицу девушки скользнула улыбка.
— В самом деле, — заметила она, — ведь красота, красота природы — это самое главное.
Оба господина одновременно приподняли подбородки. Оба, несмотря на различие в возрасте, принадлежал к энергичным молодым людям и умели добиваться цели. Однако вмешательство девушки оказалось для них неожиданным, и ни один не успел еще продолжить разговор, как пожилая дама взглянула поверх книги. Она сняла очки взяла лорнет и укоризненно посмотрела на девушку.
— Кэт, ты иногда делаешь нелепые высказывания. Разве можно жить только красотами природы? Ты страшно похожа на своего отца, который совершенно не умеет обращаться с деньгами.
Кэт покраснела, но не от обиды за себя, гораздо обиднее для нее были слова, сказанные в адрес отца, которого она обожала.
Молодые люди потупили глаза, сделав вид, что не слышали язвительного замечания.
— Кэт! Возьми книгу и спрячь ее! — приказала старая дама; девушка послушно выполнила это требование.
— Дай мне, пожалуйста, еще раз газету! Об этом ты могла бы и сама догадаться.