Тем не менее Сигэ спросил: «Что-то в последнее время ты выглядишь немного подавленным. Какой-то серьезный. Жениться тебе снова, что ли?»
Ёсикава был давним коллегой Аоямы. На протяжении почти двадцати лет он проработал на телевидении, а теперь имел отношение к кино. Не касаясь друг друга более по работе, Аояма и Ёсикава часто встречались. Они пользовались взаимным уважением и не утомляли друг друга брюзжанием и жалобами на судьбу. Такой способный человек, как Ёсикава, перешел из телевидения в кинематограф не потому, что кино вернуло себе силу и власть, коими обладало в незапамятные времена, а потому, что произошел заметный сдвиг в развитии технологий, относящихся к вторичному использованию кинофильмов, записанных на пленку и CD. В особенности если говорить о цифровых персональных DVD, благодаря которым только фильмы, а не видеотрансляция предстали в качественно новом формате. Готовилась аппаратура, способная принимать телевидение высокой точности, в то время как создание соответствующего продукта задерживалось. Что же касается телекамер высокой точности, то на сегодняшний день они отнюдь не являются чем-то, повсеместно применяемым на практике. Таким образом, недопустимо создавать кино, думая только о вторичном использовании фильма. Необходимы долгие и сложные переговоры с ведущими телекомпаниями и спонсорами, и для того, чтобы управлять этим процессом, просто незаменимы такие люди, как Ёсикава.
Аояма и Ёсикава всегда встречались в баре отеля. В тот вечер Ёсикава выбрал бар отеля в районе Акасака. Снобистское заведение с вживую играющей арфой.
– Не осталось баров, где можно было бы мужикам спокойно выпить, – опрокинув залпом херес со льдом и оглядевшись по сторонам, сказал опоздавший минут на пять Ёсикава. – Погляди только: кругом какие-то непонятные парочки. Они даже не знают, какой вкус бывает у настоящей «Кровавой Мэри». Ну да бог с этим. Ты посмотри вон туда! Две секретарши ржут во весь голос и что-то выпивают. «Буравчик», что ли? Да… пожалуй, уже лет через пять все бары станут напоминать простые забегаловки.
– Ну, я не считаю, что в прежние времена было так уж хорошо. Раньше чувствовалась какая-то дискриминация, и это мне по душе. И то, что в тех старых чопорных барах были настоящие коктейли, по-моему, просто химера.
– И все-таки что-то изменилось. Все перевернулось с ног на голову. И непонятно даже, почему стерлась грань между богатыми и бедными.