Девушка послушно углубилась в чтение, а когда закончила, в недоумении уставилась на Костю:
- И кто же этот странный незнакомец?
- Понятия не имею! Но у меня есть версия о том, что мою прабабку кто-то изнасиловал в юном возрасте, когда она случайно повстречала этого человека в лесу, поэтому мой прадед неизвестен.
- Но она не пишет о насилии, тут вроде говорится о влюбленности…
- Видимо, он чем-то одурманил ее, потому что она после этого ничего вспомнить не смогла. А потом узнала, что беременна и, в итоге, родила девочек-близняшек, моих бабушек.
- Хм… То есть, когда отец ребенка не объявился, то отчество дали по дедушке?
- Да, моего прапрадеда, переехавшего в Топкий овраг с единственной дочерью Марией, звали Иван Андреевич Ерофеев, поэтому Варвара и Антонина получили его отчество.
- Ясно, - Василиса задумчиво пролистала до конца записей, последняя из которых оказалась о рождении детей. – А почему дальше пусто? Неужели, Мария бросила вести дневник? – спросила она.
Костя вздохнул и печально покачал головой:
- К сожалению, вскоре после родов мать близняшек скончалась, видимо, так и не смогла оправиться.
- Жаль, - так же грустно отозвалась девушка. – А кто же воспитывал девочек?
- Их дед. Бабушка рассказывала, он был сильным и здоровым мужчиной, про таких говорят «косая сажень в плечах», сам вел хозяйство. Нанял в дом только кормилицу, чтобы за детьми приглядывала, пока они маленькие были, а как подросли, стали сами деду помогать. Она говорила, что он их ремеслу своему учил. В деревне его тогда, кто «знахарем» звал, кто «колдуном», но в любом случае к нему за советом и помощью часто обращались, с кого сглаз и порчу снимал, а кого и от болезни вылечить мог.
- Как интересно, - заслушалась девушка. – Но Антонина Ивановна здесь всегда одна жила сколько я ее помню. Значит, ее сестра не осталась в деревне?
- Нет. Когда началась война, мне рассказывали, что Варвара сбежала на фронт, а сестра осталась тут в доме жить с дедом. Так они и разъехались. После войны Варвара удачно вышла замуж и в Москве осела, родив дочь, а Антонина так до конца за дедом и ухаживала, пока он не умер, переняв все его знания. Она так и не была замужем, детей у нее своих не было, поэтому она с радостью принимала меня у себя, когда я каждое лето приезжал сюда на каникулы.
Василиса снова перелистала старые потрепанные страницы:
- А мне хотелось бы думать, что загадочная история с незнакомцем не такая жестокая, как ты предполагаешь. Мне кажется, девушка была довольно романтичной и могла действительно влюбиться с первого взгляда. Все могло произойти по взаимному согласию, а потом она просто испугалась гнева отца и сказала, что ничего не помнит.
- Может и так, - согласился Костя, пожав плечами. – Кстати, я тоже помню какой-то старый колодец в лесу еще из своего детства. Возможно, я играл там раньше, когда был маленьким и, не исключено, что именно о нем тут и написано.
После этих слов, Василиса неожиданно виновато опустила глаза и, закрыв книжицу, отодвинула от себя подальше. Костя не понял, почему вдруг девушка резко замкнулась в себе и замолчала, но решил предложить:
- Давай, сходим туда?
- Куда это?
- Поищем в лесу таинственный колодец! Разве тебе не интересно? - стал подначивать он свою собеседницу.
- Не особенно, - отрезала девушка. - У меня и других дел полно… - она выглянула в окно. - Корзины яблоками заполнить, например, пока за ними не приехали, а то везти на рынок будет нечего.
- А, если я тебе помогу, когда мы вернемся? Так же будет гораздо быстрее, согласна? – пообещал настойчивый молодой человек и заметил сомнение во взгляде Василисы. – Серьезно! Можешь на меня рассчитывать!
- Ну, хорошо, - вздохнула она, в глубине души понимая, что никогда не могла устоять перед обворожительной улыбкой своего друга детства.
Они вышли за пределы участка и направились в лес, находящийся совсем недалеко - дом стоял на самом краю деревни, а дальше начиналась непролазная чаща. Но девушка знала, куда идти и причем очень даже хорошо, это Костя отметил сразу. Она повела его по протоптанной тропинке в глубину, где темные кроны деревьев смыкались над их головами, закрывая собой небо.
- Давно ты живешь в Топком овраге? – спросил он свою проводницу, чтобы поддержать непринужденную беседу и не идти в полной тишине.
- Всю жизнь, - коротко ответила она, осторожно переступая через торчащие корни деревьев и поломанные прутья.