Удивлению Василисы не было предела, когда Антонина Ивановна сообщила, что ее внук пришел в себя еще ночью и, как передала ей мать парня по телефону, врачи не обнаружили у него серьезных повреждений, кроме сотрясения мозга. Тогда девушка вздохнула с облегчением и мысленно поблагодарила того, кому половину ночи молилась у колодца. Не важно, кто это был, главное, Костя снова жив и здоров. Хотя не совсем, кое-что в нем все же изменилось - Василиса узнала, что он забыл ее. Но девушка смирилась с этим обстоятельством, посчитав такой пустяк не сильно большой платой за возвращение его к жизни. С тех пор она не возвращалась сюда, до этого дня…
Костя обошел кругом колодец, заросший мхом, и вдруг заметил лежащий у его подножия в траве аккуратный гладкий камушек, никак не походивший на осколок от его кладки. Наклонившись, он поднял его и обнаружил в нем отверстие, из которого висела почти истлевшая холщевая веревочка.
- Это же мой амулет! – радостно воскликнул молодой человек. – Как же он тут оказался?
Но увидев в его руках этот маленький камушек, Василиса не долго ломала голову над тем, как он здесь очутился. Скорее всего она сама сорвала его с шеи парня, когда пыталась удержать его от падения десять лет назад. Тогда она о нем даже не вспомнила, потому что не обратила внимания, но сейчас внезапная находка натолкнула ее на эту мысль.
- А что там? – вдруг спросил Костя, оторвав девушку от своих раздумий.
Она проследила за его рукой, которой он указывал на тропинку, уходящую еще дальше в глубину чащи леса в противоположную сторону от той, что вела в деревню.
- Я не знаю, потому что дальше колодца никто не заходил, - ответила Василиса, стараясь завершить его расспросы и покинуть поскорее это место.
- Даже ты? – не унимался молодой человек.
- Даже я, - нетерпеливо бросила девушка.
Но любопытство Костю так и распирало, он буквально не сводил взгляд с загадочной тропы, ведущей в темноту.
- А не хочешь посмотреть? – спросил он Василису и глаза его буквально загорелись азартом, предлагая окунуться с ним в неизведанное приключение.
«Ну, что за ребячество?» - вздохнула девушка, уже сомневаясь, что мужчины вообще способны взрослеть, судя по ее другу детства, он за эти годы совсем не изменился.
- Нет, не хочу, - твердо заявила девушка и ухватив его за руку потянула обратно. – Мы идем домой.
Костя подчинился и позволил своей спутнице увести себя из таинственного леса, решив чуть позже обязательно сюда вернуться. Когда пара молодых людей подошла к дому, Василиса вспомнила, что ее новый сосед обещал ей помочь со сбором урожая. От своих слов Костя отказываться не стал и, засучив рукава своей любимой белоснежной рубашки из натурального хлопка, приступил к делу.
Время пролетело очень быстро. За работой они болтали, шутили и смеялись. Так как в животе у Кости урчало от голода, он периодически заедал его яблоками, которые и в самом деле оказались сочными и аппетитными, но их хватало ненадолго и ему снова хотелось есть. Ближе к вечеру приехал Кузьма Макарыч на своем стареньком пыхтящем грузовичке и помог погрузить корзины в кузов, пообещав завтра же утром отвезти их на рынок. После его отъезда девушка поблагодарила Костю за помощь и сказала, что ей пора возвращаться домой, но в ответ неожиданно услышала громкое урчание голодного желудка.
- Прости, - сконфуженно произнес он, почесывая затылок. – Я весь день ничего не ел, кроме яблок и чая, а вчера нашел на ужин только соленые огурцы и тушенку неизвестного срока годности. Боюсь, так я долго не протяну…
Василиса понимающе улыбнулась и объявила:
- За твою неоценимую помощь, приглашаю тебя к себе на ужин! Не переживай, я тебя голодным не оставлю.
И Костя уже заранее обрадовался, что ему не придется снова питаться тем, что он найдет у себя в погребе. До дома его подруги они добрались на его машине, так было гораздо быстрее, иначе идти пешком пришлось бы довольно долго, хоть девушка и говорила, что жила недалеко, Костя решил, что у деревенских, видимо, совсем другое восприятие расстояния, нежели у городских.
Войдя в дом, молодой человек удивился насколько тот был тесным и маленьким по сравнению с домом его покойной бабушки, да и выглядел полной развалюхой. Но, кажется, Василиса жила тут одна и вроде бы не жаловалась.