«Вот смотрите, откуда взялся человек? - спросила девушка. – Ой, что я говорю. Вот орки. Откуда взялись орки?»
«Это известно всем, - сказал Гларро. – Их принес ветер».
«А откуда? – встрепенулась попутчица. – Откуда-то он должен был вас принести, ведь так?»
Гларро задумался. Вопрос был небезосновательным.
«Наверное», - с сомнением произнес он.
«Ну вот видите! - обрадовалась девушка. – Чтобы что-то взялось в нашем мире, оно сперва должно где-то появится. Вот, например, книга Тысячеглазого говорит нам о том, что человека создал Всевидящий, а орков – Ниишагл. Вас создал Ниишагл?»
«Нас принес ветер», - упрямо повторил Гларро.
«Вот, я тоже считаю, что Ниишагл вас не создавал, а все это придумали священники».
Орк с удивлением посмотрел на неё в который раз. За то время, какое мы прожили в Дроале, нам уже было ясно, что только за одни эти слова девушку могли сжечь на костре.
«А дворфов? – спросил он у неё, не озвучивая свои мысли. – Или эльфов?»
«Что?» – не поняла девушка.
«Ну, у вас написано, что их тоже создал Ниишагл?»
«А, нет, - ответила она. – Про них в книге Тысячеокого ничего не написано. Вот совершенно ничего. А я ее несколько раз прочитала».
«Тогда их тоже принес ветер, - удовлетворенно кивнул Гларро. – Только другой».
«Интересная теория, - сказала девушка и продолжила: – С вами интересно. Вы не проводите меня домой? Тут недалеко. Ну, далековато, в общем-то, но не совсем. Конечно невежливо просить об этом, но все-таки мне хотелось бы ещё с вами поговорить».
Гларро нужно было возвращаться. В комнату, где мы жили вчетвером – он, я, Барг и Дрок. Однако дома было скучно. Он подумал, что может вернуться туда позже.
«Если это не принесет вам проблем, - сказал он, - мне не составит труда прогуляться с вами по городу».
«Вот и хорошо. Меня Алития зовут, а вас?»
«А я Гларро», - сказал Гларро.
«Красивое имя, - девушка повторила его несколько раз, будто покатала его на языке: - Гларро, Гларро, Гларро. Интересно звучит. Необычно так. Вы давно в Дроале?»
Мой друг посчитал в уме количество дней, проведённых в столице, и ответил:
«Четыре года».
«Значит привыкли уже и местными достопримечательностями вас не удивить, - сделала вывод девушка. – А как у вас там, дома?»
«Дома хорошо, - честно сказал он. – Дома степи, ветер, антилопы и высокая трава, зеленая летом и желтая осенью. А когда наступает зима и снег покрывает степи, все вокруг становится белым».
Он вспомнил родные просторы и высокие стены Гарребриана, отца, мать. Ему стало грустно.
«Здорово, - задумчиво произнесла Алития. – Красиво у вас, наверное».
«Красиво, - подтвердил Гларро. – И опасно. А что за люди пытались схватить вас в том кабаке?»
Девушка смутилась.
«Я… Я предполагаю, что это были представители тайной стражи Дроала, а отец Тлиней предал меня. Он обещал мне продать единственный хранящийся в их библиотеке экземпляр Акафеллона, но видно в последний момент решил отдать меня стражникам. Странно, ведь я предложила ему хорошие деньги, а насколько я слышала он жаден до золота».
«А может и не было у него никакой книги и ему нечего было вам продать, - предположил орк. – А стражники ему предложили хоть небольшие деньги, но за то, что у него есть. То есть за вас».
«Может и так, - задумалась Алития. – Я об этом не подумала. Вот же негодяй. Но ничего, он все равно не знает моего настоящего имени. А благодаря вам я осталась на свободе и впредь буду осторожнее».
Во время всего разговора они резво передвигали ногами и когда добрались до улицы с двухэтажными зданиями, девушка остановила его.
«Вот мы и пришли, - сказала она. – Я тут живу. Через два дома отсюда. Я пройду через задний двор. Не хочу, чтобы наши люди тебя видели. Мой отец может доставить неприятности даже такому большому и сильному орку. До свидания, Гларро. Благодарю ещё раз. Я обязательно найду вас».
Она слегка поклонилась ему и бодро зашагала вперед, скрывшись через время за одной из узорчатых оград.
Гларро несколько мгновений постоял на месте, затем развернулся и пошел в направлении нашего жилища. Я ещё не спал, зачитавшись правилами боёв пещерных отрядов, и вернувшийся друг поведал мне о ночном знакомстве. Я тогда не придал этому значения. И, видимо, зря.
Потому что с этого самого момента я перестал узнавать своего товарища. Он потерял покой. Все мысли его были о ней.
Если бы мне кто-то когда-нибудь сказал о том, что мой друг Гларро, с детства ратующий за традиции орков, перестанет нормально спать, будет отказываться от пищи и доброго эля и примется отправляться на другой конец города следить за воротами дома, с одной лишь надеждой увидеть человеческую женщину – я бы никогда в это не поверил. Но об этом он мне позже рассказывал сам, а потому я не сомневаюсь, что так и было. Мой друг говорил мне, что Алития удивила его тем, что поступила не так, как вели себя другие благородные дамы в нашем присутствии. Те обычно морщили носы, стремясь быстрее отойти подальше, либо убегали в ужасе, прячась за спины своих кавалеров.