- Я стратиг Велисарий, говорю и действую от имени и по указанию Цезаря Августа Юстиниана. Что имеете мне сказать?
Делегация почтительно поклонилась. А седобородый смуглый старик в дорогом хитоне и белой тоге, приложив руку к сердцу, громко возвестил:
- Я архонт Карфагена Киприан и пришёл сюда с миром. Мы желаем предотвратить грабежи и насилия, неизбежные в случае захвата. Не хотим сражаться во имя Гелимера и вандалов вообще. Ибо их считаем захватчиками, но не вас. Вы - правопреемники римлян. Карфаген был частью великой Римской империи. Мы считаемся подданными её.
Не вполне ещё ему доверяя, Лис прищурился:
- Какова численность военного гарнизона?
- Около двух тысяч. Состоит из вандалов, но они добровольно сложат своё оружие, мы договорились.
- Где гарантии этому?
- Видишь среди нас Аспаркама, что назначен Аматтой. Он военный комендант города, и ему гарнизон подвластен.
Худощавый брюнет поднял руку:
- Аве, Велисарий, доместик Аспаркам приветствует тебя. Если опасаешься и не веришь нам, то возьми, пожалуй, меня в заложники. Жизнью отвечаю, что никто в Карфагене не поднимет оружия против вас.
Продолжая сомневаться в столь невероятно лёгкой победе, командир ромеев сохранял молчание. Наконец, ответил:
- Подождём рассвета. В темноте входить в незнакомый город мы не станем. В том числе для того, чтобы избежать грабежей. По старинной славянской поговорке: утро вечера мудренее.
Киприан снова поклонился:
- Как изволите, ваша честь.
Лис продолжил:
- И ещё одно: распорядитесь снять решётки и цепи в заливе Мандракия - пусть ромейский флот войдёт в гавань.
- Будет сделано, ваша честь.
- Что ж, тогда всё на этом. Волей Господа завтра встретимся на соборной площади Карфагена.
- Наш Господь всемилостив, мы надеемся на Его защиту.
Лагерь экспедиционного корпуса был разбит возле городских стен. Караульные жгли костры и внимательно наблюдали, не готовит ли противник тайного нападения. В половине первого ночи прискакал Фотий и взволнованно доложил Велисарию, что суда Калодима заплывают в Кофон - военную гавань. Командир велел:
- Передай ему: будьте начеку. Не нарвитесь на засаду вандалов.
- Мы предприняли меры предосторожности.
Повернувшись к Иоанну и Фаре, находившимся у него в шатре, Лис пожал плечами:
- Неужели правда? Карфаген сдаётся без боя?
Армянин ответил:
- Да, похоже на то. Но победу праздновать ещё рано: Гелимер и его армия далеко не разбиты; мавры непонятно на чьей стороне - могут примкнуть к вандалам; и нельзя к тому же забывать о Цазоне - он вернётся с Корсики и Сардинии и усилит войско своего брата.
- Безусловно, так, но моральная победа уже одержана: захватить Карфаген - это половина успеха как минимум.
- И всего за две недели после нашей высадки в Африке! - восхитился Фара. - Даже трудно поверить.
- Да, пока Фортуна улыбается нам. Не имеем права потерять её благосклонность.
Ночь прошла спокойно, а наутро начали строиться в боевые порядки, чтоб дисциплинированно, ровными рядами, точно на параде, оказаться в крепости. Велисарий предупредил: никаких безобразий, вымогательств и краж; кто замечен будет в мерзком поведении, сразу же окажется на колу! И солдаты знали: в случае чего он своё слово сдержит.
Вновь открылись ворота. Тысячи карфагенян вылезли на стены, прибежали к дороге, высунулись из окон близлежащих домов и приветствовали ромеев - криками, здравицами, музыкой. Войско входило в город под барабанный бой. Солнце бликовало на касках. Командиры в разноцветных плащах выглядели величаво. Во главе ехал Велисарий - широченная спина в панцире, золочёный шлем; ясное лицо, светлая короткая борода, синие глаза. Настоящий римлянин-триумфатор. Продолжатель дела Цезаря и Антония. Именно таким покоряются города и страны, мощным, убедительным, праведным. Олицетворяющим сильную руку. И карающий меч.
Победителей встретила на соборной площади та же делегация. Тут уж Лис не остался на коне - спешился, воспользовавшись помощью стременного, подошёл к архонту и торжественно принял у него ключ от Карфагена. И перекрестился, глядя на собор. Удивлённо проговорил: