Локи, поначалу избежавший работы, через три дня тоже был втянут. Фригга поручила ему всю магическую часть оформления, и Локи, в первый момент возмутившийся для приличия, на второй день взялся за дело с настоящим увлечением. Иллюзии, плетения, тонкая работа с пространством — он был в этом мастер, и ему было что показать.
Сиф и Хогун занимались безопасностью. Фандрал гостями и сведением их друг с другом по списку, который Фригга составила лично, с пометками этих друг к другу не подпускать или этих обязательно познакомить. Вольштагг снабжением всего мероприятия, на что он сразу откликнулся с удовольствием, ведь такое большое застолье он ещё не организовывал.
Место Фригга выбрала такое, какого в Девяти мирах ещё не было.
Стеклянный Сад Иггдрасиля.
Тор по её указанию выстроил временную мегаструктуру в межпространстве — парящий прозрачный купол прямо над проекцией кроны Мирового Древа, в той точке, из которой как будто открывался вид на все Девять миров сразу. Под ногами гостей в Саду не было пола в обычном смысле; псевдоматериал, который Тор создал на месте пола, был прозрачен, и под этим прозрачным слоем чернела бездна космоса, прошитая золотыми нитями энергии — те самые ветви Иггдрасиля, на которых висели миры. Гости, ходящие по Стеклянному Саду, как будто шагали по самому Древу.
Освещение Тор устроил через серию микро-порталов в Муспельхейм. Огненные протуберанцы Суртура подавались через эти порталы в зал, гасились по дороге до безопасного уровня, и в Саду горели мягким янтарным светом, идущим со всех сторон сразу.
Сад получился изумительным. Фригга, посмотрев на готовое сооружение, кивнула один раз, что у неё означало больше, чем длинная похвала.
Гости прибывали через специально открытую сеть переходов.
Все Девять миров, кроме двух. От Муспельхейма и Хельхейма не пришёл никто, потому что присутствие демонов и мертвецов на свадьбе уместным не считал никто.
Зато был Танос.
Он прибыл лично, как представитель союзников Асгарда, в парадной форме, массивный, с неподвижным внимательным выражением лица, с каким он стоял почти всегда. Гости из других миров, не знавшие истинной природы Таноса, видели в нём грозного, но союзного владыку Титана. Танос сел там, куда указала Фригга, и за весь вечер не произнёс ни одной лишней фразы.
Гостей было несколько тысяч. Правители и соправители всех миров. Советники, старейшины, главы домов и кланов, важные маги и командиры, послы не из Девяти миров. Семьи всех этих фигур. Эйтри был в гномьем парадном фартуке, с десятью лучшими мастерами. Камар-Тадж прибыл полным составом, и все его послушники сидели отдельной группой в дальнем секторе Сада. Вишенга и Намор, Эн Сабах Нур с сильнейшими мутантами, Лафей и Малекит, Фрейр и многие другие.
Сад был полон. Фригга смотрела на это всё и молча отмечала, что у неё получилось то, что она задумала: на одном событии сошлась вся Вселенная, имевшая отношение к Девяти мирам. Лучшего фона для дня свадьбы её сына быть не могло.
Тор и Клио вышли в Сад в назначенный час.
На Торе был парадный доспех из нового сплава уру, с тонкими вставками из остатков Осколка Звёздного Сердца, которые он не использовал при создании Наруча Мироздания. Плащ за спиной Тор соткал из живых молний, плавно перетекающих следом за движением, повторяющих каждый его шаг тонкими быстрыми всполохами. За поясом висел Мьёльнир.
Клио сохранила свой особый аскетичный стиль, но возведённый в божественный ранг. На ней было шёлковое одеяние цвета золотого рассвета, расшитое тончайшими нитями уру в переплетении с вибраниумом. Белые волосы были собраны в сложную высокую асгардскую прическу — уступка местному обычаю. На правом предплечье сиял Наруч Мироздания. Вокруг неё постоянно медленно вращались мандалы магических щитов, теперь подпитанные напрямую от асгардского ядра.
Они вошли в Сад одновременно, с двух противоположных сторон, и встретились в центре перед Одином и Фриггой.
Зал затих.
Один поднял Гунгнир.
Тор и Клио посмотрели друг на друга.
И произнесли одновременно, на асгардском, с тем сдержанным точным звучанием, которое в этом языке усиливало смысл каждого слова:
Пока стоит Иггдрасиль, пока течёт время и существует пространство — мы едины.