В империи Руни была Главой Ордена Эйр и Министром Генетики. Она отвечала за эволюцию подданных Девяти миров. При ней каждое поколение детей становилось чуть здоровее, чуть устойчивее, чуть умнее. В этом она была не дочерью Тора, а его соратницей.
Она была биологическим предохранителем системы. Если что-то в живой материи начинало идти не так, то Руни выправляла.
Так в семье Тора и Клио и подрастали эти четверо: Магни, Фрея, Бьорн и Руни.
Они любили друг друга, и это вовсе не разумелось само собой: четверо могущественных детей, выросших бок о бок, способны возненавидеть друг друга очень быстро. Но эти не возненавидели, потому что Тор и Клио за этим следили, а ещё потому, что Фригга успела понянчить их всех, и каждый по отдельности знал, каково это, когда бабушкина рука лежит у тебя на голове. Такое, как объяснила однажды Клио Тору, склеивает братьев и сестёр крепче любых клятв.
А потом они выросли.
И через две тысячи лет после того, как Тор взошёл на престол, он позвал детей в тронный зал.
Они вошли вместе. Магни шагал первым, Фрея тихо держалась справа от него, Бьорн слева, вытянувшись, будто на смотре, а Руни замыкала. Клио уже сидела в зале, Тор стоял у окна.
Он обернулся, когда они вошли, и посмотрел на них так, как когда-то смотрел на него самого Один перед своим уходом. Взгляд был не просто отцовский, а такой, каким из рук в руки передают что-то важное.
— Я собрал вас, — спокойно сказал Тор, — потому что пришло время.
Они стояли и слушали. Никто из четверых не спросил, время чего, они знали отца.
Тор поднял руки, на запястьях у него вспыхнули наручи. Один за другим два камня вышли из них и повисли в воздухе, мягко вращаясь. Третий вышел из обруча, а четвёртый возник будто из ниоткуда.
— Я владел этими Камнями больше двух тысяч лет, — сказал он. — И никому их не отдавал. Носил сам, потому что сам за них и отвечал. Сегодня отвечать буду уже не я.
— Магни, — сказал Тор.
Тот сделал шаг впёред.
— Я думал отдать тебе Камень Разума, — сказал Тор. — Ты самый мыслящий из вас четверых. Но потом я понял: твоему разуму внешний усилитель не нужен. Ты и так Архитектор. Тебе нужен масштаб. Так что бери этот.
И Камень Пространства лёг Магни в раскрытую ладонь. Голубое сияние пробежало по его руке и втянулось в доспехи. Магни сжал кулак и кивнул отцу.
— Фрея.
Дочь подошла. Дымка вокруг неё на миг рассеялась.
— Я не могу дать тебе Камень Времени, — сказал Тор. — Он остался в Камар-Тадже у Стрэнджа. Но ты уже живёшь во времени так, как никто из нас. Тебе нужен другой. Возьми этот.
Камень Разума опустился в её ладонь. Жёлтое сияние слилось с её дымкой, и та стала чуть плотнее и глубже. Фрея приоткрыла рот, словно хотела что-то сказать, но передумала и только кивнула, как перед ней кивнул Магни.
— Бьорн.
Третий сын не столько шагнул, сколько подался вперёд. Он уже знал, какой Камень станет его, и ладонь подставил так, будто ему возвращают то, что забыли отдать ещё в день рождения.
— Бери, — сказал Тор.
Камень Силы, чьё пламя жило у Бьорна в глазах с самого рождения, лёг в ладонь третьего сына и тут же в ней погас, зато глаза Бьорна вспыхнули. Кивать он не стал, только слегка склонил голову.
— Руни.
Младшая подошла. Её волосы в этот момент были медно-золотые.
— Камень Реальности, — сказал Тор и сам вложил его в сложенные лодочкой ладони дочери. — Это твоё. Ты Ткачиха. Без него ты и так почти всё могла. С ним сможешь абсолютно всё.
Красный Камень мягко лёг ей в руки. Волосы на мгновение тоже налились красным, потом вернулись к меди. Руни улыбнулась. Это была улыбка её матери, и Клио из дальнего угла зала её заметила и беззвучно улыбнулась в ответ.
Все четверо стояли перед Тором, и тогда он заговорил.
— Дети, — сказал он. — Я отдаю вам не только Камни. Я отдаю вам Девять миров. Всё, что выстроил, пока вы росли.
Он помолчал.
— Вы и так всё знаете. Я учил вас не словами; я учил вас тем, как жил сам. Где-то я ошибся, и вы это исправите. Где-то был прав, и вы это сохраните. И то, и другое теперь уже не моя забота.
Он перевёл взгляд на Магни.
— Ты король. По праву старшинства и разума. Носи титул достойно. Но прислушивайся к сестрам и брату. Ты в их совете нуждаешься не меньше, чем они в твоём.
Магни кивнул.
— Фрея, — Тор повернулся к ней. — Не позволяй им забыть тебя, когда они начнут громко спорить. Ты говоришь тихо; они привыкли. Заставь их услышать.