Вольштагг подумал.
— Девятнадцать, если считать племянников и старых тётушек, которые приходят на ужин.
— И ты их кормишь.
— Ну дык, а иначе кто?
— Если ты кормишь девятнадцать ртов каждый день, и при этом ни один из этих ртов не помер с голоду, то ты идеальный квартирмейстер. У тебя в крови учёт ресурсов. Я не нашёл бы лучшего во всём Асгарде, даже если бы специально искал.
Вольштагг улыбнулся в бороду смущённой улыбкой, такой же широкой как и его топор.
— Принц, — сказал он, — это, может быть, лучшая должность, которую мне когда-либо предлагали. Ая то всю жизнь считал, что моё призвание просто рубить врагов и ужинать после. Я согласен с великой радостью.
— Отлично.
Тор обвёл их всех взглядом.
— Значит, четыре согласия. Я благодарен вам. Это серьёзный шаг для всех нас, и я хочу, чтобы вы понимали, на что идёте. Я буду спрашивать с вас не как с друзей, а как с глав служб. Если кто-то из вас не справится с работой, я скажу об этом прямо, и мы будем разбираться, но, если не получится разобраться — я вас заменю. Это неприятно, но будет так.
Он помолчал.
— Далее. Никто из вас не пришёл сегодня готовым к своему делу. Сиф водила в бой десятки, но не тысячи. Вольштагг кормит большой дом, но государственное снабжение через Девять миров совсем другой масштаб. Хогун в шпионском ремесле новичок. Фандрал в бумагах новичок ещё больший. Мы все это знаем и понимаем. Поэтому я попрошу отца для каждого из вас на первое время по несколько наставников, ветеранов из своих служивых. Специалисты у него есть, прослужившие в своём ремесле по нескольку веков. Они поставят работу, обучат, проведут вас за собой через первые годы, пока вы сами не возьмёте всё в свои руки. Когда возьмёте, они отойдут. У каждого обучение займёт десятилетие, может больше. Но это нормально. У нас впереди ещё много веков работы, время есть.
Они внимательно слушали. Сиф кивнула, она и так понимала, что командование тысячей было её следующим шагом. Хогун тоже спокойно кивнул: учиться новому ремеслу у тех, кто умеет, это здраво, и ему как вану такое всегда было ближе, чем асгардцам с их склонностью считать, что они и так всё знают. Вольштагг одобрительно пожевал бороду. Фандрал, услышав про «ветерана» в его секретариат, тихо вздохнул, но вздох был принимающий, не возражающий.
— И ещё одно, и это важно. Вы — не двор отца. Вы — мой двор. Вы лояльны мне и через меня — Асгарду. Не наоборот. Это значит, что в вопросах, в которых мой взгляд расходится со взглядом советников отца, а такое обязательно будет, вы должны быть на моей стороне. Не в том смысле, чтобы плести интриги против короля. А в том смысле, чтобы давать мне честную оценку, которая отражает сперва мой интерес.
Они слушали.
— Вам ясно?
— Ясно, — сказали они одновременно и стукнули кулаком по груди.
— Тогда начинаем. Я набросал по каждой должности первоначальный план. Возьмите свои пергаменты, прочтите. Завтра у каждого из вас будет со мной отдельный разговор по вашему направлению. На сегодня всё. И ещё раз спасибо вам.
Они встали, кивнули и вышли из кабинета.
Один естественно узнал обо всём в тот же день. Тор увидел отца на следующее утро, и Один, ни слова не сказав о вчерашнем, передал ему очередную стопку свитков и спросил по делу в Альвхейме.
Только в самом конце, когда Тор уже уходил, отец обронил:
— Хороший выбор. Все четверо.
Тор кивнул и вышел.
Через несколько дней Локи нашёл его в библиотеке.
Он, как всегда, знал. Через свои магические каналы или просто потому, что в Асгарде такие новости расходились быстро.
Сел напротив, скрестил руки.
— Значит, ты создал свой двор, — сказал он.
— Да, создал.
Локи усмехнулся ещё одной особой усмешкой, в которой смешивалось раздражение и невольное уважение.
— Знаешь, брат, я тебя ругал в прошлый раз. Помнишь?
— Конечно помню.
— Так вот. Беру половину слов обратно. Но только половину. Ты, оказывается, не выбросил Сиф, как я думал. Ты всё же встроил её в свой план. Это уже не настолько наивно, как я думал. Я тебя недооценил.
— Я не сразу до этого дошёл, — признался Тор. — Прошлое прошлым, но Сиф оказалась лучшим выбором для главы гвардии. Просто так совпало.
— Может и совпало, но не совсем случайно. Ты же с детства собирал свою команду, и неудивительно, что каждому нашлось место в твоей структуре.