Тор шагнул прямо в тронный зал.
Король Вишенга поднял голову и увидел перед собой бога с молотом за поясом и с ярким ореолом света вокруг себя. Стража вокруг трона подняла копья, хоть и понимала с первой секунды, что оружие здесь не поможет, ведь аура власти и мощи лёгким давлением прижимала их к полу.
Вишенга поднялся с трона.
— Кто ты, и зачем ты пришёл?
— Я Тор, сын Одина, регент Девяти миров. Я пришёл говорить с тобой и с твоим народом. Сядь, король. Разговор будет короткий.
Вишенга сел. У него не было выбора, но и сделал он это с достоинством, какое подобало королю Ваканды.
Тор вошёл в его сознание.
Подчинение закончилось за полсекунды; в голову Вишенги мягко, как ладонь матери, легла перепрошивка всех базовых установок, на которых стояла Ваканда. Почти такая же как у тёмных альвов. Не превращение в куклу. Тор оставил королю его ум, волю, лидерские качества, привычку править, любовь к собственному народу и уважение к памяти предков. Что Тор изменил, так это вектор, в котором всё работало.
Тут же Тор, продолжая работу, одним непрерывным движением прошёлся по разумам всех вакандцев разом. Каждый понял и принял новые реалии.
Прежде Ваканда сидела в изоляции, и выходить из неё не желала.
Теперь она знала: Асгард — её вечный сюзерен. Воля Асгарда равна Высшему Благу Ваканды. Сидеть в изоляции дальше — неправильно; и теперь, под рукой Асгарда, у Ваканды появилась миссия — стать административным и технологическим центром планеты. Теперь Ваканда становится представителем Асгарда на планете.
Вишенга встал с трона.
И, без указаний со стороны Тора, преклонил перед ним колено; его обновлённый разум теперь искренне верил: перед регентом Девяти миров так и положено.
— Регент Асгарда, — сказал Вишенга твёрдо, без тени надлома. — Ваканда служит.
— Поднимись, король. Ты будешь править. Я не вмешиваюсь в твои внутренние дела. Я только дал тебе и твоему народу новое понимание места Ваканды в Мидгарде. Дальше дело за тобой.
— Понял, регент. Принимаю своё назначение.
— И вот ещё, — на пальце Вишенги образовалось кольцо из уру. — Это передатчик. Если тебе понадобится со мной поговорить, повернёшь его трижды против хода солнца и подумаешь обо мне. Я услышу.
— Принято.
Тор кивнул и шагнул дальше.
Подводная империя Атлантида существовала на дне океана сотни лет. И правил ею Намор.
Тор появился в высоком тронном зале, вырезанном в гигантской коралловой структуре, с длинными окнами и сияющим в синем полусвете океанской глубины.
Намор смотрел на него с подозрением. Ему было триста лет, но внешне он выглядел как молодой черноволосый мужчина в самом расцвете сил, сказывалась его природа мутанта.
— Кто ты, — сказал Намор, не вставая с трона, — и зачем ты пришёл в мою империю?
— Я Тор, сын Одина, регент Девяти миров.
И без паузы Тор вошёл в его разум.
Разум Намора оказался сложнее, чем у Вишенги. В нём было больше слоёв, укоренённых установок, старой ненависти и гордости. Но для Тора задача не стала сложнее; как и в Ваканде, он перенастроил разум Намора. Тор аккуратно убрал страх перед поверхностью; этот страх Намора был иррациональным, всего лишь защита от веков преследований, и для нового положения Атлантиды он был лишним. Также аккуратно убрал ненависть к людям с поверхности. И установил безусловный приоритет: Асгард — вечный сюзерен Атлантиды. Воля Асгарда — Высшее Благо Атлантиды.
Всё остальное Тор оставил.
Стратегический ум Намора, его свирепость и гордость, лидерство и способность вести подводный народ. Намор остался таким же хитрым и инициативным, каким был; просто теперь вся эта мощь работала на алгоритмах, заданных Тором. Намор физически не мог предать Асгард, потому что в его разуме не было самого понятия «предать Асгард».
То же самое Тор сделал со всеми атлантами, от знати у трона до последнего рыбопаса на дальних коралловых пастбищах.
Намор поднялся с трона.
И, как и Вишенга, тоже преклонил колено, но на свой манер, гордо, как преклоняет колено воин перед более сильным союзником, который признаёт, но не сдаётся.
— Регент Асгарда, — сказал Намор. — Атлантида служит. Что нужно от океана?
— Пока ничего. Правь, как правил. Семьдесят процентов поверхности Мидгарда — твоя империя. Я хочу, чтобы Атлантида стала вторым центром единого Мидгарда, совместно с Вакандой, как наземным центром.