- Ты сказала, что с друзьями исследовала пустынные пещеры наших предков? – нарушил первым тишину Немо.
Я положительно закивала головой.
- Для чего? – спросил он.
- Мы искали один старинный артефакт, – уклончиво ответила я, не посчитав нужным упомянуть о том, что именно он питает подземный город маленьких существ.
- Какой?
Именно этого вопроса я и боялась. Смогу ли совершить преступление, которое задумала? Я нахмурилась, переводя взгляд на квадратное окно, за которым виднелся сад и крыши низких домиков.
- Здесь обитают какие-то другие животные помимо дракона? Птицы? Насекомые? – полюбопытствовала я, сменив тему разговора.
- Пару лет назад мы разводили кур и овец, когда продуктов стало не хватать, скот сократили. Раньше над лугами порхали бабочки, стрекозы и другая мошкара, но тоже вся перевелась. Я не дурак, Сигюн из Асгарда, понимаю, что все наше поселение умирает.
- Тогда почему не искал выход? – удивилась я.
- Мы все живем по священным писаниям.
- Даже если они говорят вам оставаться и дожидаться смерти?
- Такова наша религия, – Немо развел руками, откинувшись на спинку стула.
- Из вашего города есть другие пути выхода, или придется пробираться через лес бессмертников? –
вдруг вспомнила я волнующий меня вопрос.
- Есть, но там не менее опасно, чем идти через чащу.
- Почему?
- Неподалеку от туннеля течет река, она постепенно размывает стены. В любую минуту может случиться обвал.
- Я не понимаю, если ты так много знаешь об этом мире, почему сидел и ждал, когда вы исчерпаете все ресурсы? – возмутилась я.
- У меня не хватало информации, я не мог подвергнуть свой народ такой опасности и повести в неизвестность.
- Ты прав, – невольно согласилась я.
Немо окинул меня пристальным взглядом.
- Так какой дорогой ты нас поведешь, Сигюн из Асгарда? – с едва заметными нотками сарказма спросил он.
- Насколько я понимаю, у вас нет оружия, которое способно убить дракона, если он до сих пор жив?
- Мы – гутгины, народ миролюбивый, – ответил Немо.
- И у нас, действительно, нет ничего лучше садовых грабель, – послышался ворчливый голос с порога.
Кари небрежно опустил мешок на пол и застыл в дверном проеме, скрестив руки на груди. – Там все собрались, – заключил он после короткой паузы.
Я медленно поднялась на ноги, стараясь не удариться головой об низкий потолок.
- Ты пойдешь с нами? – спросила я у только что вошедшего мужчины.
- Только доведу до лестницы в черное небо и вернусь обратно, – поспешил уточнить Кари.
Я расплылась в грустной улыбке.
- Спасибо тебе большое, – от души поблагодарила его.
Он смутился, но изо всех сил старался не показывать этого, еще больше нахмурившись и потупив сердитый взор.
- Пора, – заключил Немо, закинув изрядно потасканный рюкзак за плечи и вооружившись мотыгой.
Проводить нас в дорогу и пожелать удачи пришло только человек десять. Остальные работали на полях, занимались приготовлением обеда или же просто посчитали преступлением попрощаться со своими близкими, поскольку нас записали в еретики и вероотступники. Я в глазах жителей подземелий выглядела фактически Иудой, но меня это сейчас нисколько не волновало. Моей целью было вывести из этого погибающего места как можно больше людей и обеспечить им безопасность.
Свет гас каждые пять минут, пока мы собирали небольшие телеги, загружая их до отказа необходимыми предметами быта и железными бочками с водой. Старейшины все-таки сжалились над нами и выдали немного больше запасов, чем обещалось на собрании. Никто не знал, сколько продлится путешествие к лестницам, поэтому готовились к максимально долгому сроку. К сожалению, в моем распоряжении оставался всего лишь день, а после него я все забуду.
- Думаю, разумнее идти к устью реки, оно должно вывести нас наружу, если не найдем лестницы, то сможем выбраться из пещеры к какому-нибудь озеру, – сказала я, как только золотая сфера заработала.
Немо одобрительно кивнул. Свет вновь отключился, не успев как следует разгореться. На этот раз на более длительный срок.
- Мне нужно еще раз посетить храм, – полушепотом обратилась я к мужчине, внимательно изучая темноту вокруг себя.
- Зачем?
- Хочу кое-что посмотреть, – увернулась я от прямого ответа.
- Потеряем время, – ответил он после короткой паузы.
- Я не буду вас задерживать. Вы пойдете прямо сейчас, а я вас догоню, – заверила я Немо.
Послышался механический монотонный звук, и мы снова могли видеть друг друга.
- Ты уверена, что сможешь самостоятельно отыскать путь к нам? – обеспокоено спросил он.
- Я не пробуду в храме долго.
Немо принял задумчивый вид.
- Ладно. Мы пойдем через этот тоннель, – сказал мужчина после целой минуты молчания, указав рукой на широкую расщелину в скале, находящуюся на противоположном конце подземелья от нас.
Я кивнула и быстрым шагом поспешила в храм, в обитель старцев-вайделотов. Когда отключался источник света, идти приходилось буквально на ощупь, придерживаясь за изгороди возле покосившихся домиков, врезаясь в стволы деревьев, и падая на кочках. Я смутно помнила дорогу в храм и пару раз меняла направление, петляя среди деревянных избушек. На теле появились новые синяки и ссадины после такой прогулки в темноте. Фонарь я принципиально решила не включать, чтобы не разряжать его попусту. В итоге я потратила пятнадцать минут, добираясь до хранилища источника.
Внутри ничего не изменилось. Ожерелье Фрейи по-прежнему блистало под стеклом, разливая на стены золотое свечение, а жрецы сидели на ступеньках, положив руки на колени и погрузившись в глубокий транс. Они никак не среагировали на мое появление, продолжив изображать безмолвные статуи, собственно говоря, какие еще бывают статуи? Правильно, слепые, немые и глухие. Правда, это никак не повлияло на мое поведение. Я все равно старалась ступать как можно тише, двигаясь к центру помещения. Подойдя ближе к стойке с украшением, от которого вели многочисленные провода, я осторожно сняла стеклянный купол, положив его на каменный пол. Глаза немного слепило от такого яркого света, и мне приходилось щуриться, глядя прямо на сияющий Брисингамен. То, что я собиралась сделать, являлось ничем иным, как самым гнусным, отвратительным, бесчеловечным преступлением. Я собиралась украсть ожерелье. И я уже ощущала, как подо мной черти разводят костер. Конечно, мощь Брисингамена угасала, и вскоре он прекратит генерировать энергию для города. Вопрос заключался совсем в другом – как долго ожерелье сможет продержаться? День? Неделю? Месяц? Год? А может еще одну добрую сотню лет, отключаясь на короткие промежутки, а затем снова разжигая золотую сферу под куполом пещеры? За это время многое может произойти. Жители смогут переменить свое решение и осмелятся выйти из своего поселения, позабыть про религию, отправиться исследовать мрачное подземелье, и, в конечном счете, выйти на свет. Они увидят другой мир, настоящее лазурное небо, с настоящим солнцем, с мерцающими звездами и другими галактиками. Они начнут новую жизнь. Жизнь при свете. Без монстров и страха. Но этого не случится, потому что я лишу живых существ единственного источника света. Включатся генераторы, и начнется обратный отсчет их существования. Всего каких-то три месяца. Это ничего не изменит. Гутгины примут Рагнарек, и я приму его вместе с ними. Как только я заберу ожерелье и отправлюсь искать лестницу наверх, я умру. Умрет та Сигюн, которая никогда бы так не поступила. Сигюн, которая считала делом всей своей жизни помогать людям. Сигюн, которая не убивала. После этого поступка я стану другой. Родится совсем иная Сигюн – расчетливая, эгоистичная, плюющая на жизни других, корыстная и хладнокровная. Разве такую царицу хотят видеть асы на престоле Асгарда? Вряд ли…