— Это просто история. Но, как и в большинстве сказок, в ней скрыта капля истины. Твои сны, твоя сила, которую можно разделить на десятерых… — Урд помолчала. — Твои сны стали отчетливее, правда? И приходят к тебе чаще. Кто знает, возможно, воспоминания возвращаются к тебе по мере того, как ты вновь становишься человеком.
«Если все так, как говорит Урд, — подумал Тор, — то судьба выбрала для этого неподходящий момент».
— А может, все это чепуха. — Урд рассмеялась. — Ты был тяжело ранен и при этом смог победить четверых воинов. Любой на твоем месте уже умер бы. Не следует ожидать от себя слишком многого.
— Если разобраться, воинов было шестеро.
Скорее, Тора интересовало то, чего ждет от него Урд.
Жена смотрела на него все тем же странным, почти неприятным взглядом, и впервые за долгое время Тор сумел что-то разглядеть в ее лице. Урд чего-то ждала от него, возможно, ответа на вопрос, который она так и не задала.
— Тебе не кажется, что пришло время все мне рассказать? — спросил он.
— Все?..
— Кто ты на самом деле. И что тебе от меня нужно.
— Ты мне не доверяешь. — По лицу Урд скользнула тень. — Я понимаю тебя. Возможно, я это заслужила. Как ты можешь доверять мне после всего, что я сделала? Но я не требую от тебя доверия. Я не жду, что ты простишь меня… наверное, я жду этого меньше всего.
— Ты…
— Однако после всего, что было между нами, я хочу попросить тебя кое о чем. — Она опустила ладонь на живот. — Ты не мог бы остаться с нами, пока не родится ребенок? Это произойдет уже скоро, и тогда мне понадобится помощь. Я не прошу защищать меня. Но защита нужна твоему сыну.
Тор настолько опешил от этого вопроса, что даже не сразу нашелся, что ответить. Неужели Урд действительно думала, что он бросит ее и детей в беде?
— Учитывая, как обстоят дела, это тебе придется защищать меня. — Тор попытался улыбнуться. — Боюсь, что сейчас я уже не такой великий воин. — С трудом поднявшись, он продемонстрировал Урд забинтованную руку.
— Это не ответ на мой вопрос.
— Это единственный ответ, который я могу дать тебе. — В его голосе прозвучало раздражение. — Если ты хочешь, чтобы я остался с тобой или чтобы я ушел, так мне и скажи, но не нужно вести эти игры!
— Это не игры. Если бы я пыталась провести тебя, поверь, ты бы даже не заметил.
Вероятно, Тор окончательно вышел бы из себя, если бы в этот момент на краю поляны не показалась Эления. Судя по всему, она уже некоторое время стояла там, подслушивая их разговор, но Тору было все равно. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: девочка и так все знает.
— Лив полагает, что кого-то заметил, — сообщила она матери.
— Полагает? — переспросил Тор.
Эления пожала плечами, по-прежнему не глядя на него.
— Он ничего не видел, но…
— У него острое зрение и отличный слух, — договорила за нее Урд. — Это у него от отца. И если Лив считает, что нам лучше уходить отсюда, то так и следует поступить. Все равно нам уже пора, мы пробыли здесь слишком долго. Ты сможешь ехать на лошади?
— Я попробую. Мне кажется, я раньше был хорошим наездником. В прошлой жизни.
— Я говорю серьезно. — Урд резко развернулась и направилась к лошадям. — Думаю, нам придется скакать довольно быстро. И долго.
Глава 12
Он стоит на пустой равнине, протянувшейся до самого горизонта. Это настоящая пустошь, но даже этих слов недостаточно, чтобы описать ее. Разве что знаешь, какой она была раньше. И Тор знает это. Вернее, человек, которым он стал в этом сне. Тор помнит имя этого человека, его жизнь, но понимает, что забудет обо всем, как только вернется в мир яви, в мир света и вещей. Этот человек видел равнину, покрытую раньше травой, видел, как собирают урожай, кормивший не только здешний народ, но и многих других. Он чувствовал дуновение теплого ветра, ласкавшего его лицо, слышал детский смех и звук горна, который звал людей на молитву или на праздник. Но не к бою, как сейчас.
Прежде в этой стране жили крестьяне и ремесленники, тут играли дети, улыбались женщины.
Но теперь Тор видит тут воинов, бесконечные колонны мужчин в черно-золотых доспехах — их больше, чем колосьев, росших здесь когда-то. Под ногами воинов — твердая скалистая порода, и в ее трещинах скапливается мутная вода. Земля пахнет солью и смертью. Вечная зима прогнала всех живых из этой части мира, а ветер превратил плодородную почву в пыль, и остались лишь ядовитые камни. А ведь раньше здесь жил целый народ. Теперь эти земли мертвы, и так будет всегда.