— А мне потом еще несколько дней его отхаживать? — возмутилась Урд. — Если тебе наплевать на Тора, так пожалей меня, ярл. Мои силы не безграничны.
— Я чувствую себя совершенно здоровым.
— Да уж, конечно, — фыркнула Урд. — Прости, пожалуйста, и как только я могла забыть, кто ты на самом деле. — Склонившись вперед, она коснулась его ладони.
Женщина случайно задела больное запястье, и Тор едва сумел сдержать стон боли.
— Ты бы ее послушал, друг мой, а то в конце концов она переломает тебе ноги, чтобы ты не выходил из дома. — Бьерн отмахнулся, увидев, что Тор собирается что-то сказать. — Урд права. За пару дней ничего не изменится. Я разослал разведчиков, они будут следить за ситуацией в дне езды от долины. Важно, чтобы ты поправился. Если эти воины вернутся, то ты нам понадобишься.
— Я или мое оружие?
— Разве ты его не потерял? — невинно осведомился Свериг.
— Да. Может быть, там, наверху, я поймал над пропастью не то, что было нужно, кто знает.
Бьерн на мгновение нахмурился, но тут же примирительно поднял руку.
— Это же кузница. Тут наверняка найдется другой молот. Ты уже знаешь о Хенсвиге и его жене?
— Да, — ответил Тор. — Мне очень жаль. Я действительно не понимаю, как это могло произойти.
— И никто не понимает.
— Иногда боги жестоки, и мы не знаем, почему что-то происходит. А бывает и так, что причины нет вовсе. Я виню себя за случившееся, но это не вернет их к жизни.
— Ты?
— Я — местный ярл, — напомнил Бьерн. — Моя задача заключается не только в том, чтобы принимать важный вид, разгуливая туда-сюда с мечом на перевязи. Хенсвиг был уже стар, и он болел. Я должен был обратить на это внимание.
— Но ты же не целитель, — мягко заметила Урд.
— Нет. Урд сказала тебе, что мы предложили ей остаться здесь? — сменил тему ярл.
Кивнув, Тор демонстративно оглянулся.
— Да, но я не знаю…
— Хенсвиг наверняка был бы не против, — перебил его Бьерн. — Я не думаю, что он хотел бы, чтобы все это просто исчезло. К тому же нам нужен новый кузнец.
— Я не кузнец, — сказал Тор.
— Но мой муж был кузнецом, — вмешалась Урд. — И я хорошо разбираюсь в кузнечном деле. Лив — смышленый парнишка, и он должен был стать его преемником, хотя еще совсем юн. Я могу показать все, что ему нужно знать, но одних знаний недостаточно.
«Этот мальчик никогда не станет кузнецом, — подумал Тор. — Да и не захочет он этим заниматься». Он недоуменно посмотрел сначала на Бьерна, а потом на Урд.
— Я готова рассказать об этом и тебе.
Тор тоже не собирался оставаться здесь и становиться кузнецом. Разве Урд этого не знала?
— Еще рано принимать подобные решения. Времени осталось немного, но оно пока есть, а потом тебе придется решить, останешься ли ты с нами или покинешь долину, прежде чем начнется зима. Надеюсь, что ты останешься, но выбор за тобой.
— Вы что, просто так отпустите меня? — опешил Тор. — После всего, что произошло?
— Ты тут не пленник. — Допив мед, Бьерн встал. — Думаю, на сегодня достаточно. Нужно подождать, пока заживет твоя рука. Свериг…
— Вы уже уходите? — не очень убедительно запротестовала Урд.
— Конечно, нам хотелось бы остаться, — ярл покосился на своего помощника, — ужин просто превосходен. Свентье гордилась бы, знай она, что ты займешь ее место. Но нужно еще многое сделать, к тому же меня ждет жена. Если она узнает, что я оставался в доме такой красавицы дольше, чем приличествует, она мне голову оторвет. Или кое-что поважнее.
Свериг наконец-то поднялся, влил в себя остатки меда и закинул топор на левое плечо.
Тор остался на месте, а Урд провела гостей к двери, перемолвившись с Бьерном парой слов. Когда она вернулась, на ее лице застыло какое-то странное выражение.
— Неужели Свериг не сказал вам, что я его спас? — удивленно спросил он.
— Да, не сказал. Но сейчас я не хочу говорить о Свериге. — Она подошла к нему вплотную.
— И что же, мы будем говорить о том, как я стану твоим подмастерьем и ты обучишь меня основам кузнечного дела?
— Может быть, потом, — ответила Урд, усаживаясь ему на колени и обвивая его шею руками.
Позже, когда они занимались любовью перед камином, Тору показалось, что он услышал чьи-то легкие шаги на лестнице, но когда он поднял голову от волос Урд, там уже никого не было, а в следующее мгновение Урд притянула его к себе.
Бьерн действительно дал Тору еще два дня, а потом прислал за ним юношу с оседланной лошадью. Урд долго возмущалась, но отпустила его, и Тор, вскочив в седло, помчался за посланником Бьерна.
Он нисколько не удивился, выяснив, что ему опять досталась та же упрямая кобыла, постоянно пытавшаяся откусить ему пальцы. Видимо, эту лошадь выбрал для него Свериг.