Казалось, он вновь провалился во вчерашний сон. Только теперь это происходило наяву.
На снегу перед башней стоял огромный белый волк и смотрел Тору в глаза.
Глава 10
Прошло еще два дня, прежде чем Тор встретился с Урд и ее семьей, но случилось это вовсе не так, как он ожидал. Собственно, ничего подобного он не предполагал, да и подумать о подобном не мог. Только не сейчас, когда прошло довольно много времени.
Казалось, что все вернулось на полгода назад. Тора привели в ту же крепость, в ту же крохотную камеру, в которой он когда-то сидел. И даже люди, приносившие ему еду и воду, обращались с ним так же, как и в прошлый раз: вежливо и почтительно, но отстраненно. И они не отвечали на его вопросы.
Прошло два дня, и Тора перевели в дом Бьерна, стоявший рядом с крепостью.
Тор по-прежнему не понимал, что происходит. Тем не менее условия его пребывания под арестом улучшились — отведенная ему комната была ненамного больше каморки в крепости, но тут хотя бы имелось окно, через которое проникали предутренние сумерки. Вместо соломенного матраца, брошенного на холодный твердый пол, ему предоставили настоящую кровать. Был тут и стул, и даже маленький камин, в котором, правда, не разводили огонь, поэтому особого уюта он не придавал. И все же в доме было намного теплее, чем в продуваемой всеми ветрами камере для заключенных, где Тор провел последние два дня. Но теплее тут было не только потому, что в помещении топили. Здесь было бы теплее, даже если бы открыли все двери и окна, а в каминах не горел огонь.
И все же это была тюрьма.
Но почему его поместили сюда?
Несомненно, Свериг рассказал свою версию случившегося в башне, выставив Тора в плохом свете, но это его не удивляло. В конце концов, он уже успел привыкнуть к Сверигу. Его удивляла реакция Бьерна. Ярл знал Сверига давно, и Тор не мог представить, что он поступит подобным образом, прислушавшись к голословным обвинениям. Вероятно, что-то случилось. Вот только ярл не стал об этом рассказывать Тору, и это было обидно.
Но с этим он ничего не мог поделать.
Тор слышал какую-то возню и приглушенные голоса в доме. Какие-то люди входили и выходили, кто-то спорил, но даже его острый слух не позволял разобрать ни слова. Что-то загрохотало, словно кто-то опрокинул стул. Тор чувствовал, что настроение у обитателей дома плохое. Наконец ему удалось различить голос Бьерна — ярл пытался успокоить всех присутствующих. Прошло еще какое-то время, и Тор уже начал подумывать о том, а не попытаться ли ему сбежать, но тут у него появились новые ощущения.
Где-то рядом находилась Урд. Он ощущал ее близость — так бывает, когда чувствуешь запах цветов на весеннем лугу, откуда вдруг подул легкий бриз. Еще Тор понял, что она смущена и немного испугана. И очень зла.
Оставаться здесь и дальше было бессмысленно. Подойдя к двери, Тор ударил по ней ладонью, и оказалось, что она совсем хлипкая: дверь не просто открылась от его удара, но и потрескалась, так что с нее посыпалась труха, словно он бил не ладонью, а Мьелльниром.
— Я понимаю твое раздражение, Тор, но, пожалуйста, не вымещай злость на моем доме. Это здание довольно старое. — Ярл вздохнул.
Тор только сейчас заметил, что Бьерн стоит всего в нескольких шагах от него, — видимо, ярл как раз направлялся к нему.
— Ну, значит, хорошо, что я сорвал злость на двери, а не на тебе, — отрезал он.
— Мне очень жаль, Тор. Хотел бы я, чтобы все сложилось иначе. Но нам еще нужно кое-что выяснить.
— Например, как меня лучше всего казнить?
Бьерн покачал головой.
— Я уже сказал, что понимаю твою ярость. На твоем месте я тоже был бы зол и разочарован. И в свое время я с удовольствием принесу тебе свои извинения и попытаюсь помириться с тобой, если у меня получится. Но сейчас… нам нужно поговорить.
Тору вовсе не понравились ни эта заминка в словах ярла, ни его нервная улыбка. А больше всего ему не понравилось то, что Бьерн отводил глаза.
— Сначала я хочу поговорить с Урд, — заявил Тор. — Она где-то здесь.
Бьерн явно удивился тому, что Тор знает о ее присутствии в доме. И испугался.
— Да. — Наконец ярл взял себя в руки. — Ты имеешь на это право. Она ждет тебя. Пойдем.
Они прошли по коридору в большую комнату, где Тор так часто сидел с Бьерном и его женой за долгими разговорами о богах, мире и смысле жизни.
Не считая кузницы, это жилище, пожалуй, было единственным в долине, которое Тор мог назвать своим домом, а его жителей — друзьями. Теперь же дом превратился в тюрьму, а хозяин, возможно, в его врага.