– Как свадьба?
– Эм, хорошо. На самом деле я неплохо провел время с этой девчонкой Уитли, – я перевожу взгляд на него, и он пялится на меня, выгнув бровь. – Что?
– Думаю, ты давно не читал газеты. – Я согласно киваю. О чем он, черт возьми, говорит. Он чуть поворачивает экран компьютера в мою сторону, и я тут же пересекаю комнату, положив руки на стол, чтобы взглянуть на экран.
На мониторе фотография со свадьбы. На танцполе я и Поппи. Гости смотрят, как мы целуемся, прямо там, посреди свадьбы.
– Легкомысленно, – комментирует он.
Я прикладываю ладонь к лицу. Дерьмо. Об этом я совсем не подумал. Нечто подобное на мероприятии такого уровня – это плохо. Поппи Уитли, целующаяся с парнем на свадьбе сестры, заставит людей задаваться вопросами, желая узнать, кто же я такой. Вся моя карьера построена на осторожности. И это настолько далеко от осторожности, насколько только возможно. Я чувствую, как глаза Ксавьера прожигают во мне дыру, в ожидании услышать хоть какие-то объяснения, но, по правде говоря, у меня их нет. Меня захватил момент, и я поцеловал её, потому что захотел. Проблема же состоит в том, что этого никогда не случалось прежде. Я не совершаю необдуманных поступков. Я – Тор Джеймсон. Профессионал в любом смысле этого слова.
– Это не повторится снова, – я отворачиваюсь и направляюсь к столу.
– Что за херня? Ты влюбился в эту девчонку или что-то в этом роде?
– Нет! Просто забей. Все поутихнет, когда мое лицо нигде не засветится снова. Пресса не настолько настырная.
– Твои клиенты могут с этим не согласиться, – качает он головой.
Я игнорирую его. Моим клиентам наплевать. Единственное, что я могу вытворить, чтобы заставить их перестать меня трахать и платить, это сказать их богатым мужьям, на что именно тратятся их с трудом заработанные деньжата.
Я ни на чем не могу сосредоточиться, поэтому иду наверх. Как только закрываю дверь, мой телефон оповещает о новом сообщении. И оно от Поппи.
«Как голова?». Я сжимаю телефон в руке и повторяю себе, что нужно проигнорировать смс, но прихожу в себя, уже набирая ответ:
«Лучше. Смотрю, мы знамениты».
Поппи:
«Ну, этот поцелуй был довольно горяч. ;) Мы должны его повторить».
Черт, что это значит? Подождите, почему мне не наплевать? Почему я вообще пишу ей? Я бросаю телефон на диван, как будто он обжег меня, переодеваюсь в спортивную одежду и спускаюсь в спортивный зал. Я бью по тяжелой груше до тех пор, пока пот не начинает стекать по спине и груди, а мышцы рук болят от напряжения. Я обхватываю грушу и прижимаюсь к ней лбом, пытаясь восстановить дыхание. Как только я закрываю глаза, звук моего дыхания тонет в воспоминаниях стонов Поппи, как она произносит мое имя, когда кончает на моем языке. Я могу практически почувствовать её вкус. Блять. Я отхожу от груши и начинаю снова бить по ней. Мне нужно остановиться.
Глава 8
Поппи
Одну неделю спустя...
– Итак, свадьба прошла хорошо? – спрашивает Элоди, скрещивая под собой ноги.
Я кладу вино обратно в холодильник.
– Нормально, как и ожидалось.
Я сажусь на диван, забираясь с ногами.
– Ты же понимаешь, что я сейчас спрашиваю не о свадьбе, да?
Я закатываю глаза.
– Тор был очень обаятельным.
– Я тебя умоляю, – хмыкает она. – Обаятельным?
Я делаю глоток вина.
– Помимо прочего.
– М-м-м, – выгибает она бровь. – И ты с тех пор ничего от него не слышала? – допрашивает она.
– Я написала ему, и он ответил, а потом ничего, – пожимаю плечами. – Я не собираюсь становиться чокнутой девкой, которая его преследует.
– Никто не любит отчаянных, – пропевает она, опустошая бокал вина и ставя его обратно на столик. – В любом случае мне нужно идти собираться, – она встает, и я поднимаюсь на ноги, чтобы обнять её.
– Ты только возвращайся.
– Знаю. Это всего лишь на месяц, – недовольно произносит она. У родителей Элоди дома по всему миру. Она не смогла пойти на свадьбу, потому что ей нужно было ехать в Нью-Йорк, поэтому она и решила организовать себе замену в виде Тора. Она вернулась три дня назад, и я впервые вижу её с тех пор. Завтра она улетает в Таиланд и вернется только через месяц. Я скучаю по ней. У некоторых прорва друзей. Я же не так легко схожусь с людьми. В тех социальных кругах, где я выросла, воротят носы при виде меня, а нормальные люди считают, что я всего лишь избалованная девчонка. Элоди – моя лучшая подруга, и я скучаю по ней.
Я отпускаю её, и она дарит мне улыбку, прежде чем пойти к двери.