– Теперь я понимаю, что ты имел в виду под «запоминающимся», – бормочу я. Думаю, сейчас я с уверенностью могу сказать, что не трахалась с Тором после свадьбы, потому что он был прав, я бы этого не забыла.
Он проводит рукой по лицу.
– Не могу вспомнить, кончал ли когда-нибудь так сильно, – говорит он. Это грубо, но то, как он это произносит, звучит горячо.
Он рассеянно проводит пальцами вверх и вниз по моему бедру. Это щекотно, но не в плохом смысле.
– Расскажи мне что-нибудь о себе, Поппи.
Я замираю.
– Ты хочешь узнать что-нибудь обо мне?
Он фыркает.
– Ну, я уже встретился с твоей мамой, сестрой, шурином и Джун. Знаю, что ты не особо ладишь с семьей, у тебя есть подруга Элоди, и ты рисуешь. Это все. Расскажи мне что-то о себе, чего я не смогу прочитать в интернете.
– Окей, – я глубоко вздыхаю и задумываюсь. – Мой любимый цвет – синий. Я люблю панд. Моя любимая картина – «Офелия», – я прикусываю губу в улыбке, и он переворачивается, чтобы приблизить свое лицо к моему.
– Что-нибудь, что ты рассказываешь не всем, – шепчет он мне в губы. Сердце в груди сбивается с ритма на пару секунду. Я смотрю ему в глаза, и он как будто видит меня насквозь, как уже случалось раньше. Что-то в нем заставляло меня проявить желание обнажить перед ним мою чертову душу. Я хочу показать ему свои слабости, чтобы он помог мне их преодолеть.
– Я могу стоять в комнате, полной людей, и чувствовать себя одинокой, – слышу я, как произношу эти слова признания. Он обхватывает мое лицо ладонями. – Я люблю быть одна, но я ненавижу быть одинокой.
– Путь к успеху очень одинокий, рыжик, – он убирает прядку, упавшую мне на лицо. – Просто не останавливайся, – бормочет он.
Я улыбаюсь.
– Горячий и умный.
– Да, но внешность может привести тебя к большему успеху в жизни, чем мозг, – подмигивает он.
– Наверное, я где-то свернула не туда. Я должна была просто выйти замуж за богатого паренька, как моя сестра.
Он фыркает.
– Никто не возьмет тебя в жены. – Я вздыхаю, наиграно обижаясь. – Ты же рыжая. – Я бью его в грудь, и он переворачивается на спину и смеется. Его пальцы оборачиваются вокруг моего бедра, и он заставляет меня оседлать его.
– К счастью, я быстро завожусь. – Он выгибает бровь. – Секс в гневе – чертовски жаркий.
– У тебя проблемы.
– Ох, ты даже не представляешь, какие.
Он тянет меня на себя, и я падаю на его грудь, после чего он сразу же меня целует. Я вижу этого мужчину третий раз в своей жизни. Я не должна чувствовать рядом с ним такую легкость, такую правильность, но я чувствую. Мне кажется, я знаю его не один год, что странно, учитывая, как мало я о нем знаю на самом деле.
Но прямо сейчас его губы на мне, его тело прижимается к моему, и любой намек на логику машет мне ручкой на прощание, выпрыгивая в окно.
Глава 9
Тор
Мне не следовало видеться с Поппи. Я сказал себе, что мне заплатили за свадьбу, так что технически все, что случилось в то время, было частью работы, даже если об этом не было предварительной договоренности.
А что касается моего пробуждения в ее постели – я был пьян. Это было мое оправдание, вполне правдоподобное, так что все в порядке. Я покончил с этим и не собирался возвращаться, несмотря на то что не мог перестать о ней думать. Она убивала меня, даже не подозревая об этом. А в субботу ночью она вдруг написала мне. Так вышло, что мой клиент отменил встречу. Но я и сам хорош. У меня не было в планах трахнуть ее, пока она не прислала эту чертову фотографию. В свою защиту скажу, что Поппи была в белом кружеве... Мне тяжело думать об этом. Она выглядит такой чертовски невинной, и мне просто захотелось узнать, какого это, просто узнать, какого это трахнуть такую девушку, как она.
Мне хотелось развратить ее, испортить и заставить кричать мое гребаное имя. Это было лучше, чем я мог вообразить. Я покинул ее постель в четыре утра, твердя себе, что это не считается, даже если я остался на ночь, хотя это произошло уже второй раз... ну, это просто пиздец. Черт ее побери! Это произошло неделю назад, а я не могу перестать о ней думать. Один раз. Я трахнул ее всего один раз, а она словно пробралась мне под кожу и растворилась в крови. Как такое вообще возможно? Каждый день я должен бороться с желанием позвонить ей, поехать и увидеть ее. Я говорю себе, что со мной все в порядке, но мне кажется, что это вопрос времени, прежде чем я сломаюсь.
Я все еще занимаюсь тем, что умею лучше всего: трахаю женщин и получаю за это деньги, но что-то изменилось. Я не могу понять, в чем дело, словно я смотрел на жизнь сквозь розовые очки, а Поппи сорвала их. Звучит смешно, я знаю; и как она может изменить то, о чем даже не знает? Женщины всегда смотрят на меня, словно я какой-то Бог, мне это даже нравилось, и я преуспел в этом – построил на этом карьеру. Поппи смотрит на меня с той же похотью в глазах, но есть что-то еще. Она смотрит на меня с уважением. Смотрит на меня так, словно я ей действительно нравлюсь, и она хочет быть рядом со мной, даже когда я одет. От нее исходит нечто большее.