Даже Нанако, до сих пор бывшая безмолвным свидетелем происходящего, тихо заметила…
– Не может быть… Маруо, неужели ты действительно такой тупой? Непониманием тоже можно делать больно окружающим, знаешь ли…
– А-а-а-а-а!… – Мая расплакалась. Ами и Нанако быстро подбежали и обняли её.
– Ты в порядке? Ну, давай, перестань плакать, Мая-тян!
– Бедная девочка… Ното-кун зашёл слишком далеко. Я думаю, что ты был очень груб, так что поторопись извиниться перед Маей-тян.
– Я?! Почему это я должен извиняться?! Вы думаете, я это начал?! И в результате я же и виноват?!
Рядом с плачущей Маей, под холодными взглядами Ами и Нанако Ното пробормотал «Мне тоже плакать хочется, ладно…» Он выглядел совершенно не симпатичным, скорее, жалким. Так что Рюдзи подошёл к нему и похлопал по спине.
– Такасу-кун, ты предатель! Хнык-хнык.
– Что?! Теперь я злодей?!
Мая с залитым слезами лицом смотрела на Рюдзи.
– Ы е а му-уейсту-уруне?! Я дуала, ы на муейстуруне… Ы не тльк не пумокме… ы ажеохлоалэтгодуркапуспие… А-а-а-а!…
На самом деле, она пыталась сказать: «Ты не на моей стороне?! Я думала, ты на моей стороне… Ты не только не помог мне… ты даже похлопал этого дурака по спине… А-а-а-а!…»
Хотя речь её была практически неразборчивой, отличный навык общения с Ясуко, почти всё время изъясняющейся в таком стиле, помог Рюдзи понять сказанное. Но хоть он и понял, что сказала Мая…
– Я-я уже говорил тебе, что ты всё поняла неправильно!
Но Мая, похоже, не собиралась его понимать, и слова Рюдзи до неё не дошли. (Честно говоря, Мая никогда не вслушивалась в слова, если говорил кто-то вроде Рюдзи). Ами крепко обнимала рыдающую Маю и смотрела на Рюдзи, то же и Нанако. – Хмф! – Тайга, напротив, проигнорировала Рюдзи и направилась к Ами. Даже Минори застенчиво присоединилась к остальным девушкам и смотрела на парней, хоть и не игнорируя их с «хмф!».
Ами посмотрела на собравшихся вокруг неё девушек, удовлетворённо кивнула, раскинула руки как их лидер и сказала…
– Ладно, давайте отведём Маю в ванную. Вы, парни, такие отвратительные.
Глядя на парней, девушки с Маей в центре медленно пошли прочь. Нанако даже обернулась и произвела контрольный выстрел…
– Довести девушку почти до истерики… Думаю, это слишком.
Остальные ученики подталкивали друг друга и выясняли, что произошло. «Эй, что случилось?», «Похоже, была драка!», «Кто-то довёл девушку до слёз!», «Э-э?!». Шумная толпа интерпретировала случившееся на свой лад.
Оставшиеся позади ребята смотрели друг на друга и кивали.
Мы определённо правы.
Нет нужды извиняться перед девчонками.
Потому что мы не сделали ничего плохого.
Телепатически обменявшись мыслями, ребята положили руки друг на друга и дружно крикнули «ХА!», подбадривая друг друга. Кого теперь волнует катание? Кого волнует единство команды? Быстро отдёрнув руки – слишком уж вульгарно выглядели четверо обнимающихся парней – они направились к подъёмнику, выходящему на склон для начинающих.
Они не собирались ни кататься на санках, ни лепить снеговика. Им просто нужно было место, где девушки не услышат их стенания.
Глава 5
В конце концов оказаться рядом с Минори стало практически невозможно. Когда Рюдзи понял это, уже настало время обеда и все направились в гостиничный ресторан.
– Эй, я слышала, парни полезли в драку с девушками?
– Мы слышали, что вы взбесили Ами-тян? Что вообще между вами произошло?
Парни из команды Китамуры, занявшие столик, с трудом запихивали в рот холодную еду. Ученики из других классов с любопытством смотрели на них, поблёскивая глазами и раз за разом обстреливая их негромкими вопросами.
– Сложно объяснить… если в двух словах, даже если ты хочешь дружить с девчонками, это просто иллюзия. Они думают только о себе, играют с нами как хотят, смотрят на нас как на мусор и легко оправдывают любые свои действия. С ними просто невозможно дружить на равных.
Пробормотал Ното, жуя овощи. – Хватит, на этом и закончим. – Китамура остановил его, пока тот не зашёл слишком далеко. Девушки вели себя примерно так же, сплетничая с ученицами из других команд.
Даже при включённых обогревателях воздух в просторном ресторане был холоден. Повсюду, словно рой пчёл, трепались старшеклассники. Под лучами солнца, больше напоминающего лампу, которую скоро могут выключить, все скинули лыжные костюмы и переоделись в свою одежду, комментируя свои одинаковые блюда. Не сказать, что еда замечательная, но весело вместе поесть… точнее, было бы весело. Рюдзи подумал об этом, отхлебнув супа мисо и проглотив свой рис.
Девушки, наверно, сейчас говорят про нас всякие гадости. Мая по-прежнему оставалась неприветливой, категорически отказываясь смотреть на парней. Минори пыталась улыбаться и говорить с ней, но тщетно.
Если так и продолжится, я даже не смогу поговорить с Минори, не говоря уж о том, чтобы узнать её истинные чувства. Не смогу остаться с ней наедине до самого конца поездки. Я даже не смогу с ней подраться. Да в такой ситуации я даже подойти к другим девушкам не смогу.
Почему всё превратилось в схватку «Парни против девушек»? Сидя рядом с Минори, Тайга сжимала палочки для еды, с замешательством глядя на свою большую тарелку сухой жареной рыбы. Эта прожорливая девчонка даже с одним блюдом справиться не может. Похоже, не у меня одного проблемы. Но что касается Тайги, Рюдзи понимал, в чём дело. Сейчас он был неподдельно зол, он закончил драку с ней, но не забыл её. Она мне здорово по затылку врезала, до сих пор больно. И не один раз, а я ей даже ответить не смог. Это меня бесит!
– Эй, Така-тян, добавку будешь? Или я могу весь рис прикончить?
Рюдзи поднял голову и увидел Харуту, держащего кастрюлю с рисом. – Я пас. – Рюдзи мотнул головой, отдавая весь рис Харуте. Тайга была не единственной, кто с трудом поглощал кошмарно приготовленную жареную рыбу, но Рюдзи упорно продолжал работать палочками, вытаскивая из рыбы кости.
– Нет аппетита? Ты уже давно лишь тыкаешь еду палочками, но я не видел, чтобы ты хоть кусочек проглотил.
Сказал сидящий рядом Китамура, посмотрев на него. Рюдзи тут же остановился.
– Хм-м? Что такое? Что-то случилось?
– Нет… ничего.
Рюдзи взглянул на лицо Китамуры, и ему захотелось отложить палочки. Он непроизвольно вспомнил кое-что, о чём ему не следовало беспокоиться.
Не только Тайга не сказала ему, что они вместе с Китамурой ходили молиться на новый год. Китамура тоже ничего не сказал. Теперь, подумав об этом, он вспомнил, что когда Тайга исчезла с рождественской вечеринки, Китамура даже не спросил, куда она пошла. Это значит, что они встретились друг с другом без его ведома. Рюдзи медленно отвёл глаза от кончика носа Китамуры.
Рюдзи не был настолько глуп, чтобы требовать от Тайги рассказывать ему всё, но для неё ещё более необычно не рассказывать ничего. Как будто Тайга и Китамура вместе пытаются что-то скрыть от меня… Такое чувство, как бы это сказать… Одиночество? Или я просто не в настроении?
Рюдзи молча задумался. «Есть вещи, которые я не хочу говорить!» Что я почувствовал, когда услышал это от Тайги? Мир не перевернулся, и люди живут своей собственной жизнью, неважно, понимаю я это или нет… Всё так просто, поразительно, что я только сейчас это понял.
Хоть я и понимаю, что людям непросто понять друг друга, и никогда не был настолько самоуверен, чтобы думать, что могу понять кого угодно, но были ли мои мысли эгоистичными? Или…