– С удовольствием, Митч. А она мне доверится?
В эту минуту он напомнил мне танагрскую статуэтку, изображавшую юного сатира, выслеживающего нимфу.
– Да, – торжественно заверил я его. Ибо доверчивость Тильди была известна всем.
В этот день впервые за четыре месяца Кэти сама позвонила мне.
– Что случилось? – спросил я взволнованно. – Тебе что-то от меня нужно?
Кэти засмеялась.
– Ничего не случилось, Митч. Просто мне захотелось сказать тебе «здравствуй» и снова поблагодарить за тот чудесный вечер.
– Можем повторить его, – решил я поймать ее на слове.
– А ты не хочешь пообедать у меня сегодня?
– Еще бы, конечно хочу. Какого цвета платье ты наденешь? Я куплю живых цветов.
– О, Митч, цветы – это ужасно дорого. Надеюсь, ты не собираешься снова делать мне предложение. А я и так знаю, что денег у тебя куры не клюют. Но у меня к тебе просьба, Митч.
– Все, что прикажешь.
– Приведи с собой Джека О'Ши. Можешь это устроить? По телевидению передавала, что он приехал сегодня утром. Ведь он будет работать у тебя, не так ли?
Это было ушатом холодной воды. Так вот почему она позвонила.
– Да, он здесь. Я свяжусь с ним и сообщу тебе. Ты будешь в госпитале? – Я не мог скрыть разочарования.
– Да. Спасибо, Митч. Мне так хочется с ним познакомиться.
Я разыскал Джека по телефону. Он был у Тильди.
– Вы заняты сегодня вечером? – спросил его я.
– Гм… Мог бы, если бы захотел, – ответил он. Очевидно, его отношения с Тильди развивались успешно.
– У меня есть предложение. Обед в спокойной домашней обстановке со мной и моей женой. Она недурна собой, превосходная хозяйка, первоклассный хирург и интересная собеседница.
– Согласен.
Я позвонил Кэти и сказал, что ровно в семь доставлю ей эту светскую знаменитость.
В шесть, недовольно ворча, Джек вошел в кабинет.
– Я заслужил хороший обед, Митч. Ваша мисс Матис занятная штучка. Действует как наркотик. Интересно, она всегда витает в облаках или когда-нибудь спускается и на землю?
– Сомневаюсь, – сказал я. – Да и зачем? Даже в прежние времена, как известно, встреча с реальностью не сулила поэтам ничего хорошего. Вспомните Китса, Байрона, Суинберна. Могу, если хотите, продолжить.
– Нет, не стоит. Скажите, а что представляет собой ваш брак, Митч?
– Это все временно, – ответил я с неожиданной горечью.
Джек слегка поднял брови.
– Возможно, у меня старомодные взгляды, но, ей-богу, нынешние браки мне не по душе. Они могут вызвать только негодование.
– Согласен с вами, – вздохнул я. – По крайней мере в моем случае есть от чего негодовать. Если Тильди еще не успела просветить вас, сообщаю, что моя очаровательная и талантливая супруга не хочет, чтобы наш брак стал постоянным. Мы не живем вместе, и если в ближайшие четыре месяца мне не удастся переубедить ее, пожалуй, расстанемся навсегда.
– Тильди действительно не успела меня просветить, – ответил Джек. – Вам порядком тошно, насколько я понимаю.
Я чуть было не поддался охватившему меня острому чувству жалости к самому себе и уже готов был рассказать Джеку, как мне тяжело, как я люблю Кэти, а она так несправедлива ко мне. Однако я вовремя сообразил, что буду рассказывать все это карлику, который, если женится, наверняка станет беспомощной игрушкой в руках жены, а то и предметом ее насмешек.
– Хватит об этом Джек, – сказал я. – К тому же нам пора. Времени только-только, чтобы пропустить по стаканчику и успеть на поезд метрополитена.
Никогда еще Кэти не была такой обворожительной, и я пожалел, что послушался ее и не истратил двухдневный заработок на букет живых цветов. Когда она поздоровалась с О'Ши, он тут же без стеснения заявил:
– Вы мне нравитесь. В ваших глазах нет эдакого огонька, который говорил бы: «Ну, разве он не прелесть?» или «Черт побери, он, должно быть, богат и несчастен» или «Девушка имеет право немножко поразвлечься». Короче говоря, я нравлюсь вам, а вы – мне.
Как вы уже догадываетесь, он был немного пьян.
– Вам кофе, мистер О'Ши? – спросила Кэти. – Я буквально разорилась, чтобы достать настоящие свиные сосиски и натуральное яблочное пюре, и вы обязательно должны их отведать.
– Кофе? Я пью только Кофиест, мадам. Пить кофе нелояльно по отношению к великой фирме «Фаулер Шокен», где я теперь работаю. Не так ли, Митч?
– На сей раз фирма вам простит, Джек, – сказал я. – Кроме того, Кэти не верит, что наркотики в Кофиесте безвредны.
К счастью, Кэти занялась обедом в дальнем углу комнаты, служившем ей кухней, и стояла к нам спиной; она или не слышала моих слов, или сделала вид, что не слышит. В свое время у нас с ней по этому поводу была ужасная перепалка. В ход пускались такие слова, как «отравитель младенцев», «сумасшедший торгаш» и другие, короткие, но не менее выразительные.
Кофе несколько отрезвил Джека О'Ши. Обед был превосходный. После него атмосфера стала гораздо непринужденнее.
– Вы, должно быть, уже побывали на Луне? – спросила Кэти у Джека.
– Нет еще. Собираюсь на днях.
– Ну и зря, – вмешался я. – Только время убьете и деньги потратите. Луна – это замороженные капиталовложения. Мне кажется, мы занимаемся ею, только чтобы накопить опыт, который может пригодиться на Венере. Несколько тысяч человек работает в рудниках – вот и все.