— Ещё в семидесятых годах прошлого века с этим разбиралась парламентская комиссия в Англии. Выяснилось, что поставки из России занижались в отчётах на десять и более процентов. Оправданием служило, якобы, что путаница была с переводом весовых и прочих единиц.
Прикольно, но эта комиссия всё оставила, как есть, но начали искать пути «освобождения от русских оков». Уж очень опасно зависеть от одной страны в своих потребностях. Вон, в последние месяцы 1800 года император Павел Первый перекрыл кран англичанам и у тех сразу начались проблемы во многих отраслях промышленности. Если блокада продлится до конца года, то Англию ожидает социальный хаос из-за угрозы голода. Всё-таки страна закупает около семисот тысяч пудов хлеба в год у нас, а это не хухры-мухры. Стоит помножить на возможную панику и чёрт его знает какие будут последствия без русского хлеба. На одной овсянке долго не проживёшь, каким бы сэром ты ни был.
А ещё после этой беседы с капитанами я начал понимать… русских помещиков. Тех, кто сбегал из своих имений в столицу, чтобы средь шумного бала забыть об ужасах товарных подсчётов. Все эти пуды, кипы и прочие ласты обеспечивают в мозгах склеивание ласт, реально говорю. Уж лучше пусть управляющие воруют в отсутствии хозяев, ибо воровство лишь справедливая и щадящая плата, не более. За что, спросите? Да за весь этот циферно-весовой шурум-бурум, которым невозможно заниматься без последствий в виде вывихнутых мозгов. По-хорошему необходимо ставить памятники управляющим, которые жертвуют своей психикой ради спасения разума своего барина.
Теперь я прекрасно понимаю зачем конкретно я поставил невозможно высоченные цены на сервис. Это для того, чтобы было чем платить тем людям, которые избавят меня от цифири и изобилия торговой номенклатуры. Пусть сами разбираются что и каким ассортиментом вывозить, завозить, менять, продавать, покупать, мать-перемать. Добрые люди, заберите мои деньги и оставьте меня в покое. Дайте спокойно помереть, так и не дождавшись результатов.
— Господин маркиз, извините, что прерываю вашу беседу, но там деньги привезли и граф Строганов вас спрашивают.
Мама дорогая, ещё деньги? Так я прежние никак не могу потратить, впрочем… Меня вырвало из толковища с мальтийцами, да те и сами удивлены и поэтому замолкли на время. Ну не мог русский граф поднять столько шуму из-за сотни-другой рублей и даже заради тысячи не мог.
Оказывается на улице уже стемнело, зато посветлело от факелов гвардейцев и ламп в руках моей прислуги.
— Денис Дмитриевич, извините, что без предупреждения, но груз уж очень ценный со мной прибыл. Государь распорядился часть дипломатического штрафа вам за заслуги доставить немедленно, вы уж не взыщите.
— Павел Александрович, но вы же всю улицу переполошили, право слово. Впрочем я рад вашему прибытию, ибо замучался считать пуды и кипы льна и ему подобного. Право слово, эта международная торговля, а точнее её детали привели меня к вывиху мозга.
— Но это же интересно, маркиз. Получается что вы уже приступаете к спекуляциям против Англии сейчас, а не осенью или, тем паче, в следующем году, поздравляю.
Впрочем мы в первую очередь занялись красивыми бочонками с надписями по-французски. На самом деле их потащили в подвал мои слуги, следуя за дворецким. Там было оборудовано специальное помещение для ценных грузов, но будущее наступило слишком быстро, ранее чем ожидалось. И стало настоящим прям сейчас, гы-гы.
— Здесь пятьдесят тысяч луидоров, друг мой, пересчитайте пожалуйста.
— Не вижу смысла, ваше сиятельство. Ну не мог Наполеон допустить недостачу, когда он столь заинтересован в общем результате переговоров о мире. И государь наш тоже не мог допустить хищение, потому что ему важнее авторитет, чем часть золота. Отсюда вывод: в бочонках всё точно, монета в монету, как и написано на них.
— Великолепно, вы верно проанализировали и абсолютно правы, согласен с вашими доводами. С удовольствием остался бы у вас на ужин, но вы верно меня не ждали.
Красиво, что ни говори, но я в любом случае пригласил бы его, коли он под руку попался.
— С мальтийцами я уже закончил беседу, так что отпрошусь у них и мы с вами сможем поужинать в спокойной обстановке. Тем более, что мне по-любому нужно было с вами встретиться, так почему не сейчас, коли вы имеетесь в наличии, граф?
Учусь выпендриваться не по дням, а по часам, скоро совсем понтовилой стану, во как. Заодно попрощался с капитанами, поблагодарил гвардейцев, сопровождавших ценный груз, после чего потолковал с Иван Ивановичем.