Конечно, могут сказать что народ всё поймёт и не поддастся на газетную шумиху, да и сами репортёры продажными не бывают. И главные редакторы английских газет будут против повышенных тиражей из-за их неприемлемости в плане гражданственности. Всё-таки новости класса «в Багдаде всё спокойно» по количеству букв равны новости «грядёт голод», так какая разница если напечатать первую, не упоминая вторую? И вообще в английском обществе принято говорить о погоде, а не о катастрофах и прочем негативе.
Я наверное заблуждаюсь о влиянии масс-медиа и слухов на стойких англичан, но всё равно попробовать стоит. И чёрт с ними с потраченными деньгами, не обеднею. Ладно, время покажет кто был прав…
Глава 23
Медиатор и бывший посланник отбыли к своим своясям, пенатам и домашним домовинам с разными мыслями и правдами. В любом случае оба чувствовали облегчение, так как дипломатическая ноша показалась им какой-то тяжеловатой. Много чего каждый мог бы рассказать начальству (одно), знакомым (другое) и семье (третье), но кое о чём следовало умолчать. Например лорд Брунсвик чувствовал некую угрозу от России, но буквально на грани ощущений. Доказать что-либо он пока не мог, поэтому решил не усложнять своё бытие излишними самокопаниями. А барон Сент-Хеленс приготовился поставить крест на вроде намечавшемся пэрстве в Ирландии.
Александр Первый в это же время ощущал, чисто по молодости, некую казачью лихость, пусть и ограниченную определённым хладнокровием «сфинкса».
— Продолжайте в том же духе, Александр Семёнович, но соблюдайте секретность расследования. Иначе меня не поймут, ибо Тайную Экспедицию я отменил, а она, оказывается, нужна и её следовало лишь реформировать. Ладно, в будущем создадим что-нибудь подобное, только без массовой слежки за всеми подряд и без казематных пыток естественно.
Макаров лишь кивал головой, соглашаясь, но пока не рисковал вставить своё мнение, а государь продолжил сентенции.
— Общая беда в том, что наш Сенат потерял свои исходные функции как законотворческий орган и занимается лишь заурядными делами, судами и прочей невеликой административной деятельностью. Серьёзные вопросы, имеющие государственную важность, у него отняты ещё при бабушке. Дошло же до того, что Сенат лишь докладывал своё мнение рекетмейстеру, а тот доводил до императрицы, которая и принимала итоговое решение. Ничего, проведём реформу и вернём Сенату право быть верховным учреждением нашей империи. Жаль, что людей, готовых полностью реализовать себя на благо нашей страны, маловато.
Царь имел в виду помощника своего статс-секретаря Трощинского. О Михаиле Сперанском и его деловых качествах упоминал и граф Кочубей, и почему-то маркиз д'Эсте, поэтому Александр назначил оного управляющим одной из экспедиций при Непременном Совете. Если покажет себя на уровне, упомянутом теми кто его рекомендовал, то можно использовать в более серьёзных делах.
Ещё бодрости добавляли подвижки в разработке ракет, которая оказалась не столь невозможной, как воспринималась изначально. Тем более, что маркиз советовал в первую очередь исследовать и воплощать лишь вариант с поджиганием кораблей, не отвлекаясь пока на другие возможности (фугасные и картечные). На первых испытаниях точность оказалось небольшой, зато дальность сразу порадовала. Явное преобладание над пушками. При достаточном количестве, которое зависит лишь от финансовых расходов, можно уже сейчас планировать защиту портов. Не останавливая разработок, естественно. Всё упирается в улучшение стабилизации полёта ракет, а это увеличит процент попаданий. В любом случае, уже сейчас ясно, что суммарная стоимость боеприпасов, потраченных на уничтожение одного корабля, гораздо меньше, чем стоимость самого судна, как и время его изготовления.
— Ваше величество, защищаться гораздо дешевле, чем нападать, — когда-то поделился мыслью маркиз д'Эсте в одной из приватных бесед.