На удивление, но такой подход понравился моему собеседнику, как и другим впоследствии. Естественно, что четыреста тонн груза не может быть лишь мехами, иначе объём окажется невмещающимся в трюмы. Так вот, если к меховщикам на распродаже присоединятся ещё и те, кто из заказчиков изделий, то вполне возможно что удастся распродать солидное количество мягкого золота.
После такой встречи мне понадобился граф Строганов и вечером мы с ним обсудили, как риски, так и саму возможность «мехового корабля».
— Мне ваша идея нравится, Денис Дмитриевич, пожалуй я готов раскнуть на паях с вами. Кстати, часть мехов обеспечит наше семейство, благо имеются свои охотники и склады, где они добычу хранят.
— Павел Александрович, но нужны будут только качественные меха, пусть и разных пушных зверей. Если поставим плохое, то навсегда потеряем многих клиентов.
— Понял… хорошо понял… родственники из простых действительно иногда пытаются объегорить покупателей.
— В данном случае они объегорят вас и меня, а не французов.
Строганов призадумался, смещая акценты.
— Да, вы правы, но я предупрежу их об этом. Не думаю что они попытаются обмануть меня, как родственника, а тем более члена Негласного комитета. Иначе могут лишиться прав на добычу мехового зверья. В общем, все меха, пришедшие с моей стороны и оказавшиеся некачественными будут на моём коште и моей совести. Вас это устроит?
— Вполне, ваше сиятельство. То же самое будет и по плохим мехам с моей стороны, если таковые найдутся.
Считай целое торговое дело обсудили с пользой и толком. На другой день случились толковища по хлебу, где удалось найти общий язык, причём по моему сценарию. Хлебные торговцы Франции — люди достаточно практичные и ушлые, как и русские. Закупить впрок, пусть и по более высоким ценам, им не в лом если предвидится ещё более выгодная спекуляция в Англии. А так как слухи о грядущем повышении цен в России уже расползлись по Парижу, то разговор проходил без воплей и стенаний со стороны французов.
Да и какие недовольные стоны, если предлагаемые нами цены, как оказалось… ниже, чем у заморских торговцев-перекупов на наш же хлеб. Как меня задолбало то, что информация вечно наталкивается на курсы разных валют, плюс, на разное понимание отпускных, оптовых, розничных и всяких промежуточных цен. Иные ловкачи от торговли умудряются сделать из двух рублей вложений фунт или луидор на продажах.
В общем, по продовольствию мы также договорились, но наше будут вывозить французы, а не мы поставлять на мальтийских кораблях.
Премьер-министр опять беседовал с сэром Уильямом Питтом-младшим.
— Как вы думаете, не устроит ли нам погода сюрприз как в прошлом году. Совсем не хотелось бы повторения неурожая и без этого невзгод хватает. Всё-таки нам нужно усиление позиций в переговорах с корсиканцем, а этого нелегко добиться имея свои проблемы.
— Сэр Генри, я рассчитываю на опыт и умения Брунсвика. Думаю, что он с бароном Сент-Хеленс привезёт сообщение о снятии эмбарго и новое торговое соглашение. У нас достаточно поддержки в России со стороны русских вельмож, несмотря на некоторые потери. Уж очень много денег в них вложено за эти годы, пора и отдачу получить. Меня больше интересует морское соглашение, которое надеюсь будет заключено на наших условиях. Именно оно усилит наши требования к Франции и приструнит непокорных французов.
Эти двое ещё не знали о дипломатическом крахе в Петербурге, так как новости идут со скоростью корабля их везущего. Поэтому имеют полное собачье право витать в облаках ещё несколько дней. Человеческие свойства и застарелые привычки сложно перебороть с одного раза. И если считаешь, что превалируешь, то ошибкой является цепляться за это до самого конца. Тут ещё накладывается то, что сэр Аддингтон, временно возглавляющий правительство, не имел того звериного чутья, которое имел Питт-младший. Однако бывший премьер сейчас занят другими приоритетами и не может применить это чутьё в полной мере там, где нужно.
— Сэр Уильям, а чего вы ожидаете от переговоров французов с русскими?
— О, здесь проще, каждый будет тянуть одеяло на себя долгое время. Корсиканец не пойдёт на уступки из-за своей принципиальности, а русские будут долго изображать великую европейскую державу. Да и основным договором является лишь непонятное соглашение, именуемое пактом о ненападении. Представьте сколько недель они будут делить влияние в Европе и торговаться по каждому графству в германских землях. Именно поэтому русский посол, который договаривался до приезда делегации, так ничего и не добился.