- Ты под каким ником в сети, я бы тебе одни лайки ставила,сделаем селфи?
- Селфи! – закричала эта каста разрисованных и неадекватных людей.
Вспышки их аппаратов, больно слепили мои глаза, и я прикрыл их рукой.
- Ой, давайте танцевать,- блондинка, наконец, отстала от меня, и я смог пойти и лечь прямо на постеленном на полу ковре. Мой первый землянин уже спал, я прижался к нему своей уставшей от неудобного сидения спиной, и смог наконец- то снова окунуться в воспоминания.
-
Проводником в сердце пустыни оказался юркий полоз, он доставал мне едва до пояса. Поэтому я его плохо слышал. Но разобрав слово закон я переспросил: «Ну, и что шипит закон?»
- Пожизненное, с конфискацией, но это если узнают,- поспешил он меня успокоить.
Переход по знойным пескам для меня изнеженного жизнью в городе оказался нелегким.
Пару раз, зарываясь всем телом, как можно глубже в песок, я не был уверен, проснулись ли вечером. Шли по ночам, когда было, не так жарко, и все равно вода скоро кончилась, пришлось включать внутренние резервы, доставшиеся от предков змей.
-Завтра вечером будем на месте. Утром на самой зорьке, если верно пришли, будем собирать семена.
Проводник не соврал. В свете быстро встающего дневного светила, я увидел как на небольшом, стелящимся по песку, словно змея, стебле появился сначала крупный ярко красный цветок, который мгновенно превратился в шарики с колючками.
Это и были семена шишсишуна.
-Срывай,- осипшим от жажды и волнения голосом скомандовал полоз.
Я надел перчатки, и приготовив контейнер с ватой, осторожно сорвал бесценный дар пустыни.
На шариках семян даже были капельки росы.
Возвращаться назад было не менее тяжело, но нас подгоняла мысль о богатстве.
Мы договаривались что, разделим выручку тридцать на семьдесят. Но когда за барханами я увидел купола города, мной овладело безумие, я сделал то, что запрещает наша каста: я укусил своего проводника, впрыснув ему смертельную дозу яда.
Этот яд был оставлен нам миллионной эволюцией, как дар небес. Достойное спасение от невыносимых мук либо голода, либо болезни, либо предательства. Маленькая доза хранившиеся в небольшом мешочке под раздвоенным языком змеи.
Ровно на один укус в жизни. Теперь мне не испытать легкой смерти. Но когда алчность застит глаза, меньше всего ты думаешь о смерти. Впереди был парад наших планет, великие торги в истории системы Саламандры.
-
Утро у новых приятелей началось с того, что землянин, проснулся и, растолкав меня, прижал свою конечность к моему рту.
-Тихо смываемся.
Мы вышли как можно тише, мне это было не трудно.
- Ну спасибо друг, я сейчас должен тебя покинуть, но завтра жду тебя вон у того пирса, видишь где лодки, ровно в полдень, когда пальнет пушка. Ты понял?
Я кивнул, уже научился этому жесту у своих новых друзей.
Дождь перестал, бледное совсем не теплое солнце выглянуло из-за туч. Я побрел к этим маленьким домикам называемыми лодками, на одной был даже кожаный тент, спрятавшись под ним, я свернулся калачиком, и стал вспоминать ужас последних дней моей жизни на родной планете.
-
Я не новичок в торгах, да и клиенты у меня были люди острожные. Но среди них не было такого богатого, кто мог бы дать за шишсишуна настоящую цену.
Ту цену, что перевернет жизнь, я начну все сначала, словно после линьки.
Продавать редкость на своей планете, значит подписать себе смертный приговор.
Мой выбор пал на Гая с планеты Кродок. Вечно холодная обделенная теплом нашего оранжевого солнца, она лишила своих жителей, горящих в крови желаний. Но были и смельчаки желавшие вырваться из унылых будней и познать запретную сладость плотских утех.
С одним из них меня и свел мой давний клиент ящер высшего звена.
Конечно, я просто сказал, что продаю афродизиак, но его так мало, что цена баснословно велика.
-А ведь я могу просто отобрать у тебя его, - будто бы пошутил чиновник, но из полу прикрытого бородавчатого века смотрел темный и злой глаз.
- Тридцать процентов, - прошептал я.
-Фифти-фифти, мой дорогой.
- Хорошо,- согласился я, не собираясь делиться ни с кем.
И все бы было хорошо, но какой- то ушлый копатель древностей наткнулся в пустыне на скелет убитого мною полоза. И не менее ушлый следователь напал на мой след.
Приговор был либо научный эксперимент, либо пожизненная каторга. Я выбрал науку, хоть какая-то иллюзии надежды. О, как я ошибался! Я глупый торгаш, возомнивший себя если не Богом, то его заместителем.
Эксперимент заключалась в том, чтобы переместить меня в пространстве. В огромной пятой по счету планете нашей системы, превращенной самой эволюцией в коллайдер, расщепитель частиц.
Приговоренного расщепляют на атомы,а где повезет собраться воедино, и как ты будешь выглядеть, на этот вопрос у ученых ответа не было.
Я впал в спячку, так наша каста защищается испокон веков от внешних угроз.
Я смутно слышал голоса ученых желающих мне удачи, и даже возвращения. Но потом мне показалось я превращаюсь в предка всех змиев на нашей планете.
Сначала я смог мыслить, потом я ощутил свое тело. Я стал тем, кем был на своей планете. Шиин из клана змеев.
У мусорного бака, где копался неопрятного вида абориген, меня окликнули.
-
-Чингачкук, Чингачкук!- пронзительно звал знакомый голос.
Я вылез из- под тента, и увидел стоящего на каменной лестнице своего землянина.
-Вот ты где.Я обманул тебя друг, никакой я не бомж, а участник шоу «Секретный миллионер».Хоть ты мне и не помог, но я понимаю, что тебе очень нужна помощь. Чего бы ты сам хотел?
-А какая самая дорогая специя в вашем мире?
- корень дикого женьшеня.
- Ты можешь мне его подарить.
- Мужик сказал - мужик сделал. Тебе удалось меня удивить.
Мой первый встречный землянин отдал приказ своему помощнику, стоящему за спиной.- Как раз сейчас идут торги.
-Торги - это мое.
И я включился в аукцион, делая ставки.
Не знаю, буду ли я жить на этой планете, или наши самые гениальные умы вернут меня назад. Но пока я жив и буду заниматься своим любимым делом, продавать специи. Да, и ушки у той молоденькой блондинки очень даже милые. ..